Только без паники!

Только без паники! Породы

Введение

Каждый человек стремится быть уверенным в себе. Мы надеемся, что способны на многое, что сильны, могущественны и одарены творчески. Мы хотим самостоятельно распоряжаться собственной жизнью и воплотить в реальность свои мечты. Истина состоит в том, что мы именно таковы и можем осуществить свои мечты. Наше величие – наше прирожденное право.

Так же как величие является неотъемлемой частью нашего «Я», человеку неизбежно присущи страх и беспокойство. Когда нам удается себя контролировать, мы способны сохранять баланс наших возможностей и тревоги, и жизнь идет более-менее гладко. Если же мы позволяем беспокойству и страху завладеть нами, то под сомнение ставится каждый наш шаг.

Простое ожидание неприятных эмоций способно превратить потенциально приятную ситуацию в полный кошмар и мучение. В состоянии беспокойства мы теряем присущую нам физическую и эмоциональную энергию, бытие окрашивается в мрачные гона тревожности и дискомфорта и наша жизнь становится испытанием на выносливость, а не праздником.

Большую часть своей жизни я испытывала воздействие серьезного расстройства, вызванного постоянной тревогой. Может показаться странным, но теперь я воспринимаю свое беспокойство как некий дар. Да, именно как дар. После многих лет беспокойства и страхов, усугубленных набором изматывающих физических недугов, я была вынуждена что-то предпринять.

В поисках помощи, надежды и лучшей жизни я отыскала нечто удивительное. Нечто такое, о чем даже и не догадывалась, не подозревала, насколько в нем нуждаюсь.

Я обрела уверенность и обнаружила, что сама являюсь ее источником. Не где-либо вовне, а, напротив, в самой себе я открыла мощный, неиссякаемый источник исцеления. Прекрасное чувство внутренней уверенности провело меня через многие нелегкие испытания и помогло осознать, что я сама себе и поддержка и опора.

Какие бы невзгоды ни приготовила мне жизнь, я сумею позаботиться о себе сама. В результате борьбы с тревогой и агорафобией – которую я определяю как боязнь навязчивых мыслей и переживаний , выраженную в стремлении к одиночеству, – мне захотелось поделиться своими открытиями и помочь тем, кто страдает так же, как я когда-то.

В 1983 году вместе с Филом Фишером, моим дорогим другом и талантливым доктором, я основала фирму под названием «Мидвест-Центр по проблемам стресса и тревоги». В последующие двенадцать лет нам необычайно повезло: мы встретились с такими преданными делу людьми, как Каролин Дикман, наш директор по образованию, и Барб Банки, управляющий центром.

Вместе мы помогли десяткам тысяч людей обрести уверенность. У некоторых из них приступы тревоги и панического страха зашли настолько далеко, что у них возникали затруднения с дыханием, нарушалось чувство равновесия, появлялись желудочные схватки, рассудок оказывался в полном замешательстве.

К тому времени, когда мы с ними встретилась, многие из обратившихся к нам людей потратили целые состояния в поисках помощи, но так ничего и не нашли. Одни принимали лекарства, которые или не помогали вовсе, или оказывали положительное воздействие в течение очень короткого промежутка времени; другие просто не переносили медикаментозного лечения или просто боялись его.

У многих из них не было симптомов глубокой тревожности, но люди ощущали себя излишне нервными, напряженными или просто «не в своей тарелке». Они чрезмерно переживали и беспокоились. Тревога, целиком подчинившая себе их жизнь, не позволяла людям быть по-настоящему счастливыми.

Вы можете спросить, действительно ли вам необходима моя книга? Поможет ли она вам работать над собой? Ответ прост: тревога не знает исключений, от нее может пострадать каждый . Она лишает нас счастья, наполняя наше сознание ожиданием страха и беспокойства.

Независимо от того, страдаем ли мы от тяжелых приступов тревоги или же у нас всего лишь проявляются ощущения напряженности и дискомфорта, нам хочется чувствовать себя лучше. Все мы стремимся разорвать порочный круг тревоги, страха и беспокойства. Мы хотим чувствовать себя раскованными, уверенными в себе, умеющими владеть собой. Мы желаем наслаждаться каждым своим днем, радоваться жизни, рисковать. Возможно ли это? Да, конечно.

Я страдала от тревоги и фобий всю свою жизнь. В детстве у меня были навязчивые мысли и страшные сновидения. Алкоголизм отца привносил в мою жизнь хаос и чувство неуверенности. В подростковом возрасте я страдала от пищевых расстройств и болезненных ощущений в животе.

Мне приходилось избегать ситуаций, в которых я не могла вести себя так, как мне нравилось, в которых нельзя было себя контролировать. К девятнадцати годам панические приступы стали навещать меня регулярно. Учеба в колледже стала сущим наказанием: мне трудно было находиться в классе.

Я испытывала тревогу и панический страх, а потому придумывала всевозможные отговорки и оправдания моей недостаточной активности и неспособности путешествовать вместе с друзьями. Поездки на заднем сиденье машины и полеты на самолете создавали для меня непреодолимые трудности. Мой мир становился все уже и уже.

Когда мне было чуть больше двадцати, я работала старшим менеджером по рекламе на одной из ведущих радиостанций в Толедо, штат Огайо. Несмотря на мою тревожность, я неплохо справлялась со своими обязанностями. Но кто бы знал, чего мне это стоило! Никто не догадывался, отчего я не ездила к клиентам вместе с другими менеджерами по продажам или почему я не могла находиться в течение нескольких часов на заседаниях, когда двери в помещении плотно закрывались.

Никому не было известно, что каждый мой день начинался с ожидания ужасных событий. Мне удавалось оставаться на своем месте только потому, что как бы плохо я себя ни чувствовала, работа давала мне известную свободу и позволяла вести себя так, как мне нравилось.

Однако чем дальше, тем больше росло мое беспокойство. Я стала посещать докторов и психиатров, хотя никто из них не мог мне помочь. Наконец однажды утром, после длинной, изнурительной ночи, полной тревоги и панического страха, я нашла ответ на свои вопросы.

В библиотеке я перечитала все, что смогла найти о тревоге, агорафобии и панических приступах. Шесть последующих месяцев были посвящены самообразованию и поиску ответов на мои вопросы. Стало очевидным, что большую часть своей тревоги я порождала сама.

В большинстве случаев появление у меня физических недугов было вызвано определенной реакцией моего сознания. Теперь, когда я стала мыслить и реагировать на события иначе, научилась брать под контроль свои страхи, мне стало значительно лучше. Я смогла делать то, чего раньше избегала: путешествовать на самолете, совершать дальние поездки на машине и проявлять большую активность.

Случилось так, что в это же время я услышала о докторе Филипе Фишере, имевшем репутацию прекрасного специалиста. Мы договорились о встрече и сразу же поняли друг друга. В ходе нашего разговора я упомянула, что страдаю от приступов тревоги и панического страха.

Именно так все и начиналось тринадцать лет тому назад. Вскоре распространилась молва, что у нас кое-что получается, что мы действительно помогаем людям. Тот, кто страдал в течение многих лет, у нас чувствовал себя значительно лучше. Многие наши пациенты прекратили принимать лекарства, подавляющие чувство тревоги.

Люди приезжали из других штатов, проводя в машине более десяти часов, чтобы принять участие в наших групповых занятиях. Мне доводилось проводить ночи напролет, объясняя людям, что такое панический страх. Какое радостное ощущение – быть способным помочь кому-то! Помочь справиться с самим собой в тяжелый момент, пережить ночные страхи. Дать кому-то надежду.

Молва о том, что кто-то действительно умеет помогать людям, разлетается мгновенно. Скоро нам стали звонить со всех концов страны. Люди нуждались в помощи. Именно тогда я записала на аудиокассеты программу самопомощи «Атака на тревогу». Полагаясь на помощь и поддержку доктора Фила Фишера и моего мужа Дэвида, я села за компьютер и стала записывать свои идеи.

После целого года работы, исследований и записей программа на аудиокассетах была завершена и готова к распространению.

Когда вы выполняете возложенную на вас миссию и всецело преданы ей, провидение, я уверена, ведет вас своими неизъяснимыми путями. Случается многое, чего вы не ожидали и о чем даже не мечтали. Кассета с моей программой «Атака на тревогу» разошлась очень быстро.

Сейчас она используется во многих клиниках, госпиталях и школах по всей стране. Тысячам людей стало лучше, а многие смогли полностью отказаться от приема лекарств. Терапевты из разных стран света применяют мои разработки в качестве основы для своих программ лечения расстройств, вызванных тревожностью.

В настоящее время я являюсь членом таких профессиональных организаций, как «Американская ассоциация по проблемам тревожных расстройств» и «Национальная ассоциация ораторов». Мои методики стали широко известны, и меня не раз приглашали на различные конференции.

По предложению одного бизнесмена из Толедо, который прошел мой курс, я разработала для одной из промышленных компаний программу управления стрессовыми состояниями, основывающуюся на приемах из «Атаки на тревогу*. Эта программа положила начало моему сотрудничеству с такими известными компаниями, как АТТ, Мак-Дональде, Крайслер, Форд моторе, Мерк фармацевтикалз, Медицинский колледж штата Огайо и Медицинский центр Сент-Винсент. С гордостью могу сказать, что специалисты вышеперечисленных корпораций считают данную программу одной из лучших.

Можно ли в самом деле трансформировать панический страх в свою силу? Однозначно ДА! Я именно так и сделала. Мне удалось не только подчинить собственный страх, но и получить огромное удовлетворение от процесса работы. Я много раз выступала с рассказами о тревоге в национальных ток-шоу Опры Уинфри, Реджиса и Кэти Ли, Маури Пович и многих других.

Если вы слишком часто испытываете тревогу, страх, подавленность или стресс, знайте, что со мной было то же самое. Теперь же я совершенно свободна. Сказав «нет» своему беспокойству, всем тем проблемам и страхам, которые несла с собой моя тревожность, я смогла использовать свои энергию и время на позитивные действия и сделать многое, о чем раньше и мечтать не смела. Сегодня моя задача состоит в том, чтобы помочь вам сделать то же самое.

Моя книга рассказывает о том, как победить тревогу, страх и панику и обратить их в силу, успех и умиротворенность. Овладев описанными в книге приемами, вы обретете совершенно новые чувства: самоуважение, ощущение доверия, силу и подлинную уверенность в себе, которые навсегда останутся с вами.

Люсинда Бассет Май 1995

Читать онлайн «только без паники» автора бассет люсинда — rulit — страница 24

Для того чтобы справиться с тревогой, необходимо противостоять ей, используя обретенные вами навыки Если вы не позволите тревоге пугать себя, то увидите, она не причинит вам вреда. Только не следует спешить. Вы сами себе и поддержка и опора. Вы и только вы можете вылечить себя. Какое мощное чувство уверенности вам это придаст!

Глава 4

Черты характера: вариации на тему тревоги

Единственное, над чем вы имеете абсолютный контроль, — собственные мысли. Именно это обстоятельство позволяет вершить свою судьбу. Поль Дж. Томас

Прежде чем приступить к чтению этой главы, попробуйте на 5 минут закрыть книгу и на чистом листе бумаги написать собственное определение понятия «самоконтроль». Не стоит искать дефиниции в справочниках, заглядывать в эту книгу или советоваться с приятелем. Просто сформулируйте, что для вас означает способность себя контролировать. Быть может, определение займет пару предложений, абзац или страницу текста, неважно. Запишите его на листе бумаги и сохраните, мы к нему еще вернемся. А теперь продолжайте читать дальше.

Задание оказалось трудным? Раньше вы просто не задумывались над определением самоконтроля? Когда я впервые попыталась сформулировать это понятие, контроль над собой означал умение решать, как я должна выглядеть и что физически и эмоционально чувствовать в различных жизненных ситуациях. Для меня самоконтроль был равнозначен способности достойно выглядеть под взглядами окружающих.

Сейчас это понятие имеет для меня существенно иной смысл, чем в то время.

Самоконтроль означает для меня возможность определять, какое влияние на меня будут оказывать те или иные события. В моих силах принять рациональное решение об отношении к происходящим событиям, реагировать на происшествия менее тревожно, спокойнее. Самоконтроль позволяет нам чувствовать себя комфортно и относиться к себе с уважением. Когда мы уверенно контролируем свои эмоции, не ощущаем скуки, оставаясь в одиночестве, тогда и только тогда мы держим жизнь в своих крепких руках. Следующее предложение, возможно, является самым важным во всей этой книге.

* Причина тревоги заключается в образе наших мыслей .

Именно наши собственные мысли предопределяют и счастье и горе. Своими раздумьями мы можем либо спровоцировать душевную тревогу, либо будем рассуждать здраво и спокойно. Неужели вам не хочется изменить свою жизнь? Вы хотите быть счастливым? Тогда измените образ ваших мыслей. И данная книга подскажет, как это сделать.

Черты характера, предрасполагающие к тревоге

Каждую черту нашего характера можно использовать как с пользой, так и во вред себе. Выбор этот определяет, в сущности, весь дальнейший ход жизни. Сильная воля и решительный отказ от вредных привычек, терпение, сострадание и настойчивые занятия позволят вам преобразовать энергию негативных, деструктивных качеств в созидательную, позитивную энергию. Я постараюсь объяснить вам, как происходит это преобразование, переход:

• от стремления к совершенству, безупречности даже в малом к ориентации на высокие стандарты деятельности;

• от внутренней нервозности к высокой жизненной активности;

• от сверхвозбудимости к здоровому взгляду на мир;

• от постоянного чувства вины к активным действиям;

• от невосприимчивости критики к умению извлекать уроки;

• от эмоциональной чувствительности к самопознанию;

• от завышенных ожиданий к осуществлению мечты;

• от нерешительности к признанию права на ошибки;

• от навязчивого беспокойства к умению ставить реальные цели;

• от сверхчувствительности к сочувствию;

• от внушающих страх мыслей к осознанию реальных проблем;

• от ипохондрии к здоровью;

• от ложного самоконтроля к контролю реальному.

В первую очередь проанализируем деструктивные черты характера и посмотрим, как их можно трансформировать в нечто положительное, в то, что поможет вам контролировать тревогу и течение собственной жизни. Количество расходуемой организмом энергии при негативных и положительных поступках одно и то же, а вот направление ее использования зависит только от нас. Почему бы нам не использовать энергию в своих интересах, не стать более сильными, здоровыми и уверенными в собственных силах?

От перфекционизма — к ориентации на высокие стандарты деятельности

§

Не важно, чем именно вызвана ваша тревожность. Единственный путь к исцепению — стезя осознания, доверили нваьш взгпяд на окружающий мир.

Однажды мы с моей дочерью Британни купили в зоомагазине котенка, посадили его в корзинку и собирались отвезти домой. Но, попав в машину, котенок начал мяукать как сумасшедший. Было от чего перепугаться: незнакомые люди, неизвестные звуки, а он заперт в корзинке. Британни встревожилась.

«Мамочка, давай достанем его из корзинки?» — взмолилась она.

«Не знаю, дорогая, — ответила я. — Кошки не умеют прилично вести себя в машине. Им не нравится шум дорожного движения».

Котенок продолжал жалобно мяукать. «Мамочка, ну пожалуйста, можно я выпущу его из корзинки?» — продолжала просить Британии.

Вдвоем они меня уломали, да и слышать это мяуканье было уже невозможно. Дочка тихонько приоткрыла корзинку, достала из нее бедного, перепуганного котенка и посадила к себе на колени. Уши у него были прижаты, спинка напряжена. Британни наклонилась к нему, погладила по спинке, осторожно почесала за ушком, тихонько нашептывая при этом: «Все в порядке. Все хорошо. Все будет прекрасно».

Котенок огляделся, оценивая ситуацию. Я думала, что он немедленно сорвется с колен дочери, спрячется, забьется под сиденье. Ничего подобного. На него подействовал воркующий голосок Британни, ее ласковые руки. Котенок понемногу расслабился, доверился ей, перестал ждать неприятностей. Растянувшись на коленях у Британии, он пролежал так всю дорогу домой. Окружающая обстановка не изменилась — стало иным лишь его восприятие ситуации. Он не чувствовал больше опасности, да ведь ее и в самом деле не было.

Сколь часто мы неверно интерпретируем окружающую обстановку и готовим себя не. иначе как к катастрофе? Сидим на месте, боясь высунуть голову, беспокоимся, переживаем фантазируем о несуществующих опасностях. Измените характер восприятия действительности, и появление панических приступов будет предотвращено.

Шесть правил самоконтроля

Паника — состояние, причиняющее серьезную боль, вызывающее стресс и совершенно изматывающее человека. Но паника не смертельна. От этого не умирают, иначе я была бы давно мертва и вы не смогли бы прочитать эту книгу Страдая or панических приступов большую часть своей жизни, я на себе перепробовала все способы борьбы с ними. После многолетней череды проб и неудач, напряженных исследований я сформулировала шесть правил самоконтроля. Шесть правил, помогающих справиться с паническим приступом. Они помогли мне, спасли тысячи других людей, они будут работать и на вас.

• Научитесь распознавать появление чувства тревоги. Используйте ее физические симптомы как признак того, что вас нечто беспокоит. Не позволяйте им испугать вас.

• Попытайтесь понять, что именно вас беспокоит. Может быть, это некий конфликт, в котором вы не хотите принимать участие? Возможно, какие-то навязчивые мысли? Нелепые поступки, которых вы сами от себя ожидаете? Быть может, все дело в телевизионной программе, которую вы смотрели прошлым вечером? Пили ли вы на ночь кофе? Что подействовало на вас?

• Разрешите себе тревожиться. Попробуйте рассуждать. «Конечно, я беспокоюсь, потому что мне скоро предстоит лететь на самолете» или «Я не хочу портить с кем-либо отношения. Совершенно естественно, что я тревожусь, это нормально».

• Пытайтесь успокаивать себя на протяжении всего времени, пока тревога владеет вами, и она пройдет. Разговаривайте сами с собой: «Это всего лишь тревога. Она пройдет. Я не потеряю контроль над собой. Я могу заниматься своими делами, даже если чувствую себя не в своей тарелке. Это не причинит мне вреда». Такой внутренний монолог поможет вам побыстрее успокоить вашу нервную систему и легче перенести приступ. (Это очень важный момент. К позитивным диалогам мы вернемся подробнее в главе 8.) Займите себя чем-нибудь. Это частично отвлечет вас от вами же вызванного возбуждения

• Не сидите на одном месте. Пройдитесь. Побегайте. Помойте туалет, наконец. Делайте что-нибудь активное, чтобы направить на это часть своей энергии. Это поможет вам справиться с тревогой.

• Попробуйте с юмором отнестись к себе в этой ситуации. Можно чувствовать себя ужасно, но постарайтесь хотя бы хорошо выглядеть. Никто ничего не заметит. Не усиливайте сами свои симптомы. Просто посмейтесь немного над собой, ведь ничего особенного не происходит.

Кроме того, будьте терпеливы. Для того чтобы избавиться от панических приступов, потребуется немало времени и сострадания к самому себе. Когда вы поймете причину возникновения тревоги и у вас появятся достаточные навыки общения с нею, попробуйте минимизировать тревогу как по интенсивности, так и по продолжительности. В конце концов вы научитесь ее предотвращать. Это ведь здорово, не так ли? Если вы приложите столько же энергии на то, чтобы поправиться, сколько раньше вы тратили на свои страхи, победа вам обеспечена.

§

Страхи, вызванные внешними обстоятельствами, нередко являются существенным фактором, способствующим развитию детских фобий. Фобии приобретаются под воздействием внешних и внутренних факторов, но могут носить и наследственный характер. У детей, чьи родители имели тревожные расстройства, в семь раз больше шансов самим столкнуться с подобными проблемами.

Если ваш ребенок излишне чувствителен или подвержен тревоге, то вероятно, вы сами или ваши родственники когда-либо испытывали повышенную тревожность. Помочь вашему ребенку будет особенно трудно, если его родители сами до сих пор страдают от тревоги или отрицают наличие чего-то подобного у себя. Когда вы начнете поправляться, то сможете использовать приобретенные навыки для того, чтобы помочь своему ребенку. Вы не только будете лучше себя чувствовать, но, возможно, станете лучше исполнять родительские обязанности.

Чем раньше вы распознаете тревожное расстройство у своего ребенка, тем легче будет с ним справиться.

Когда ваш ребенок научится распознавать признаки возникновения тревоги, он сможет избегать панических приступов. При подозрении на тревожное расстройство у вашего ребенка постарайтесь поскорее связаться с опытным детским врачом и обсудить с ним свои опасения.

А теперь поговорим о некоторых конкретных примерах детской тревожности.

Круг боли

Вот я и поймана. Я в круге.

Хочу постоянно кричать.

Почему не могу я быть снова нормальной?

Всем нужен друг ,

Указующий путь к счастью.

А что такое счастье?

Я так давно не встречалась с ним.

Как я соскучилась: хочу его чувствовать,

Видеть его,

Быть им.

Кто же поможет выпрыгнуть из этого круга —

Причины всех бед и невыносимых тревог?

Помоги закричать!

Кто услышит меня?

Кто откликнется?

Мне так много надо сказать,

Но кому? Кто услышит меня?

Кто заставит уйти мою боль?

Сделает мир светлее?

Где он —

Единственный,

Всемогущий.

Кто он?

Это я.

Даниэлла — одаренная поэтесса, не по годам глубоко выражающая свои мысли и чувства. Между тем ей всего лишь двенадцать лет, и это стихотворение она написала после того, как впервые познакомилась с нашей программой. В Мидвест-Центр она попала после целой череды боли и страданий.

Когда она была совсем маленькой, у нее не было никаких проблем, связанных с тревожностью, но в подростковом возрасте она вдруг стала бояться ходить в школу. В конце концов ей стало настолько плохо, что она не могла выходить из дома. Матери пришлось заняться ее образованием дома. Мама, конечно, подозревала, что с дочерью что-то не в порядке, но не могла понять, что именно. По-настоящему ей помогли только в Мидвест-Центре, ведь у Дэнни было тревожное расстройство.

С помощью родителей Даниэлла пошла на поправку. Каждый вечер перед сном она прослушивала одну из пленок программы «Атака на тревогу». Год тому назад прослушивание программы было завершено, и с тех пор она чувствует себя значительно лучше. Дэнни поправилась, может совершенно свободно выходить из дома, проводит время с друзьями, смотрит на жизнь не со страхом, а вполне оптимистично. Для всех нас ее история служит настоящим источником вдохновения в работе.

Путь исцеления

С детства я была переполнена подавлявшей меня тревогой. Если и есть что-нибудь более важное, чем история моих бедствий, то только история обретения мною уверенности в собственной силе. Сага об осознании причины всех бедствий и пути к исцелению. Повесть о том, как я смогла превратить прозябание в жизнь насыщенную и полнокровную.

Очень важно вовремя распознать начало приступов тревоги и паники и попытаться определить их возможные причины. Допустим, что истоки приступов коренятся в наследственности или они возникают как ответная реакция организма на воздействие окружающей среды. Возможно, это означает, что вы обладаете потенциальной склонностью к паническим приступам. В некоторых случаях однозначно определить причину тревоги не удается. Случается и обратное: у вас в семье была прекрасная атмосфера, и ни у кого из близких не было никаких проблем с тревогой. Тем лучше. Собственно говоря, определить первоначальную причину тревоги важно только для того, чтобы максимально точно диагностировать ваше нынешнее состояние. Для процесса выздоровления эта информация не столь уж и важна.

§

Энн стала избегать поездок в машине на большие расстояния, но однажды ощущение сильного сердцебиения повторились в церкви. Дыхание стало еле-еле слышным. Она чувствовала, что не владеет собой, боялась, что может сделать что-нибудь нелепое и этим поставит себя в неловкое положение. Ей хотелось встать и уйти, но так, чтобы окружающие не заметили этого.

Энн стала избегать посещения общественных мест, где, по ее мнению, могли повториться прежние ощущения, — магазинов, ресторанов, кинотеатров.

Панические приступы сделали Энн своей заложницей.

Иногда перед тем, как отправляться на учебу, у Лаурен появлялся непонятный страх. Она жаловалась матери на боли в желудке и голове, плакала и отказывалась идти в школу.

Мама не могла понять, в чем дело, и водила Лаурен к разным докторам. Может быть, думала она, что-то случилось в школе? Возможно, какие-то ее поступки вызвали страхи у дочери? Но нет, ничего подобного не было.

Состояние Лаурен постепенно ухудшалось. Школьные учителя расспрашивали ее о домашних проблемах, но ведь в семье не было никаких происшествий. Все старательно перекладывали проблему на кого-то другого. Но винить было некого…

Лаурен была в плену панических приступов.

Панические приступы у детей

Иногда детскую тревожность ошибочно принимают за проявление дефицита внимания или гиперактивность. Ребенок или подросток просто получает клеймо «трудного». Я же настоятельно рекомендую обратиться к хорошему педиатру, если вы обнаружили у ребенка признаки тревожного расстройства. Попробуйте дать ребенку что-нибудь почитать на эту тему или поделитесь с ним своими знаниями, необходимыми для лучшего понимания ситуации.

У меня тревога проявилась еще в раннем детстве. Первый панический приступ случился, когда мне было семь лет. В нашей семье было пятеро детей, и я с сестрой Донной спала в комнате, расположенной рядом с кухней. Обычно мы уже были в постели, когда отец возвращался домой.

Когда он не пил, то был вполне милым человеком, пользующимся всеобщей любовью Но в пьяном состоянии отец менялся до неузнаваемости, грохотал по ночам на кухне горшками и кастрюлями, переворачивая все вверх дном в поисках еды, и разговаривал сам с собой в полный голос. В такие периоды он был совершенно невменяем и часто пугал меня.

Однажды ночью, лежа в постели, я услышала, как открылась, а затем с шумом захлопнулась входная дверь. Пришел пьяный отец. Он вел себя как обычно: пошел на кухню и начал наводить там «порядок». Моя кровать была рядом со стенкой. Я слышала все, и меня стало лихорадить так, что кровать заходила ходуном. Вдруг на стене возникла тень наподобие причудливой человекоподобной фигуры. До сих пор не знаю, что давало эту тень — кукла или другая игрушка, но страшно мне было очень. Потом я посмотрела в окно. Во дворе на бельевой веревке сушились перчатки. Но мне почудилось в них что-то угрожающее, зловещее, как будто старый джинн карабкался по стене дома в мою комнату и его страшные руки протянулись ко мне. Не забывайте, что мне тогда было только семь лет.

Вскочив с кровати, объятая ужасом, я побежала через гостиную в комнату матери. «Там никого нет, — успокаивала меня мать, — тебе нечего бояться». Но в моем сознании уже поселилось мерзкое чудище, пытающееся добраться до меня. Следующей ночью уснуть мне не удалось. Я лежала в своей кровати, перепуганная до смерти, уверенная, что в темноте таится и подстерегает меня гадкое создание. Первый панический приступ положил начало длинной череде подобных случаев, длившейся многие годы.

Связанные с тревожностью расстройства у детей можно подразделить на три типа.Первый из них включает в себя страх потеряться, заразиться от микробов, боязнь болезней и боли, в том числе от укуса пчелы. Сюда же мы относим социальные тревоги, страх публичного выступления, боязнь услышать критику или насмешки, опасение совершить ошибку. Восемьдесят процентов детей, отказывающихся идти в школу, страдают именно такими тревогами.

При втором типе расстройств детей беспокоят будущие события, собственные способности и поступки. Они тревожатся по поводу физиологических проблем, таких как головные и желудочные боли, ощущают некоторую напряженность. Такие дети нуждаются в постоянной поддержке и одобрении со стороны взрослых. Особенно часто второй тип расстройств встречается у девочек.

Третий тип расстройств проявляется в виде боязни контактов с незнакомыми людьми. В некоторых случаях страх бывает настолько сильным, что привычные детские занятия и отношения с друзьями полностью нарушаются. Такое поведение, выраженное в мягких формах, встречается во всех возрастных группах детей. Девочки жалуются на боязнь контактов чаще, чем мальчики.

§

В дальнейшем процесс нарастания тревоги у мужчин и у женщин несколько различается. Мужчины обычно начинают опасаться сердечного приступа, а женщин больше беспокоит возможная потеря контроля над своими эмоциями. И те и другие воображают, что могут совершить какую-нибудь неловкость, попадут в странное, нелепое и неудобное положение. У некоторых людей симптомы накладываются друг на друга, и они беспокоятся обо всем сразу Однако, в какой бы форме ни проявлялось ваше беспокойство, гораздо важнее то, что первоначальное состояние тревоги дополнилось физическими симптомами страха, и ваш организм подвергается атаке с обоих флангов.

Прошлые или будущие события, послужившие первоисточником тревоги, уходят на задний план. Теперь вы в..ужасе от своего собственного страха, теперь уже под вопросом сама ваша жизнь.

Сознание обращается внутрь. Оно выходит из-под контроля и вращается в хороводе возобладавшего над вами страха. Если вы позволили набрать обороты своим терзаниям, дойти до стадии «урагана отчаяния», остается только ждать, пока он обрушится на вас всей своей мощью. Но, быть может, стоит попробовать не дать ему разогнаться? Представьте себе, это в ваших силах. В конце главы вы найдете советы, которые помогут справиться с тревожными мыслями, раз и навсегда предотвратить приступы паники. Вы научитесь контролировать свои тревоги, а не подчиняться им.

У одних людей панические приступы бывают ежедневно, у других — несколько раз в месяц, третьи — пережили их раз или два в жизни. Приступ паники не всегда легко распознать или объяснить. Люди, пережившие подобное, часто не знают о том, что надвигается приступ паники. У них просто ухудшилось самочувствие, они подозревают сердечный приступ, они думают, что сходят с ума или даже умирают. Чаще всего людей беспокоит возможность смерти и, как ни странно, смущение перед окружающими. «Обратят ли внимание на мое состояние? Что подумают люди? Не поставлю ли я в неловкое положение себя или кого-нибудь другого?»

Про собак:  Болонки (64 фото): описание породы, белые и черные карликовые виды. Как выглядят щенки? Сколько живут мини-собаки?

В одной из наших групп в Центре один из ее членов рассказывал о страхе высоты; он боялся, что может спрыгнуть с балкона.

«Вы боитесь умереть?» — спросила я его. «О, нет, — сказал он. — Но что подумают люди?»

Мы боимся и стесняемся панических приступов, уверяем себя, что у нас что-то совсем другое. Такое отрицание позволяет приступам разворачиваться в полную силу, когда с ними уже ничего нельзя поделать. Чем раньше удастся распознать начинающиеся признаки панического приступа, тем быстрее можно с ним справиться. Симптомы приступа, хотя и имеют различный характер, достаточно очевидны. Когда мы сможем посмотреть на себя со стороны, поймем, что с нами происходит, только тогда мы распознаем надвигающийся приступ паники и разорвем порочный круг страхов и недугов.

Примеры панических приступов

Приближение панического приступа часто не связано с явной внешней причиной. Объясняется это тем, что большая часть приступов вызывается исключительно внутренними тревогами. Рассмотрим примеры.

Джон — человек довольно крупный: рост — 188 см, вес — за сто килограммов. Он работал менеджером в магазине автозапчастей, построил дом на берегу озера, любил охотиться, рубить дрова и рыбачить вместе со своими двумя сыновьями.

Однажды он поймал себя на мысли, что у него появились новые странные ощущения. На работе он вдруг начинал нервничать, ощущал панику и сильное сердцебиение. Джон забеспокоился — его нервозность могут заметить, начал опасаться сердечного приступа, несколько раз оказывался в приемном покое, однако целый комплекс весьма неприятных анализов не выявил никаких отклонений.

Джон перестал ходить на охоту и рыбачить вместе с сыновьями, стал избегать поездок на работу вместе с соседями — не мог находиться в машине. Он начал раньше времени уходить с работы, потому что не мог справиться со своими ощущениями.

У Джона были панические приступы.

Пятидесятилетняя Энн всегда считала себя жизнерадостной и спокойной женщиной. Как-то, возвращаясь на машине от подруги, она почувствовала себя плохо. Сильно билось сердце, дыхание стало прерывистым. Кое-как Энн добралась до телефона и позвонила мужу. Тот встретил ее и проводил домой.

§

«Как, номер на тридцать третьем этаже? — шепнула я Дэвиду. — Я не могу жить на тридцать третьем. Зачем нам так высоко забираться?» Дэвид как мог старался меня успокоить, но все было напрасно, новые тревоги и страх переполняли меня. Уже в лифте меня охватил ужас. И вот наконец мы в своем номере. Дэвид предвкушает предстоящие развлечения, единственное мое желание — домой, в Чикаго. Но для этого снова придется садиться на поезд! Ситуация совершенно безвыходная. Мы вышли из отеля и отправились на прогулку по направлению к гавани. Дышать стало немного легче.

Дэвид взял меня под руку, надеясь, что я избавилась от страхов. Не тут-то было. Встревоженная, поглощенная только своими чувствами, я даже не задумывалась о том, что порчу Дэвиду весь отпуск. «Дорогая, давай покатаемся на корабле», — предлагает он. Мой мысленный ответ: «О, нет, только не это. Что если у меня скрутит живот прямо на корабле? Там ведь нет ванной. Что я буду тогда делать? Нет, уж лучше я останусь на суше, так безопасней». Губы поддерживают: «Ты знаешь, мне совсем не хочется сейчас кататься».

«Хорошо. Я все-таки отправлюсь на прогулку, а ты оставайся, походи по магазинам», — предложил немного разочарованный Дэвид. «Нет, пожалуйста, не уходи!» — взмолилась я. Оставаться одной тоже не хотелось. Вдруг я потеряю рассудок, а рядом не будет никого, кто мог бы мне помочь? Однако прогулка на корабле меня тоже не прельщала. Еще одна безвыходная ситуация. Порочный круг, когда нигде не чувствуешь себя в безопасности. Учащенно билось мое сердце, полное тревоги. Адреналин растекался по венам. Мне чудилось, что я уже сошла с ума.

Но снова только казалось. Просто это был еще один панический приступ.

Вы сами порождаете панические приступы

Как начинаются приступы паники? В чем причина их появления? Например, что превратило приятное путешествие в Торонто в непрерывный кошмар?

Поездка здесь ни при чем. Я ведь сама предложила ехать поездом, никто меня не заставлял.

Железная дорога? Вряд ли. Обычный состав, вагоны и локомотив, который неторопливо пыхтел, передвигаясь по живописнейшим местам.

И с отелем проблем не было. Фешенебельная четырехзвездочная гостиница, с прекрасным персоналом и просторными комнатами.

А при чем здесь кораблик? Старый паром идеально подходил для идиллических прогулок по акватории гавани.

Все дело во мне, при чем была только я. Только во мне причина кошмаров. Я породила их, постоянно ожидая всего наихудшего. Это все мои «что если». Все потому, что я никак не хотела житьнастоящим, мысленно переносилась либо в прошлое, либо в.будущее. Сейчас я расцениваю это событие как процесс, состоящий из трех частей:

1. Постоянное ожидание только негативных событий.

2. Мои мысли порождали физические симптомы тревоги.

3. Я боялась потерять контроль над собой.

Обдумывая предстоящее путешествие, я мысленно перебрала все ситуации, в которых не смогу себя контролировать, вызвав тем самым выплеск адреналина. Мое бессознательное внушало: тут действительно есть чего бояться. Агрессия адреналина сказалась на моем физическом состоянии, спровоцировав появление других симптомов. Сердце начало учащенно биться, я чувствовала сильное волнение и никак не могла успокоиться. Внушающие страх мысли заполнили мое сознание, рассудок зарегистрировал: «Что-то не так!» Тут же начал выделяться адреналин. Я была слишком встревожена, чтобы сконцентрироваться на чем-нибудь. Ожидающая гипотетических неприятностей, вся в холодном поту, я оказалась на следующей ступеньке в пучину ужасов — стадии паники.

Все началось с внутреннего диалога, который прямиком привел меня к паническому приступу, — рецидива ожиданий типа «что если». «Что если я сяду в поезд, а мне вдруг потребуется выйти? А вдруг у меня внезапно перехватит дыхание? Что если я вдруг сделаю нечто несообразное с обстановкой? Смогу ли я остановить поезд?» По натоптанной тропинке терзаний я попала прямо на вторую стадию тревоги. Потом пришли мысли типа: «Со мной что-то не так. Может быть, я схожу с ума? Умираю? Я теряю контроль над собой? Где мне искать помощи?»

Попав в спираль негативных предчувствий, я оказалась полностью в их власти, не имея ни малейшего представления, как оттуда выбраться, не зная о том, что ответ на вопрос, выходить из цикла или нет, — личное дело каждого. Метаясь по дому, чувствуя, что рушатся стены, я ощущала, как ускоряется бег моих мыслей. Мне не было никакого дела до предстоящего путешествия, все внимание сосредоточилось на физических симптомах тревоги и страхах. Мне привиделась психиатрическая лечебница со всеми ее атрибутами: смирительной рубашкой, жестким курсом лечения, невозможностью общения с внешним миром. Под влиянием этих образов мой организм вырабатывал в десять раз больше кортизола и адреналина, чем раньше. Все тревожные мысли, прежде поодиночке блуждавшие в моей голове, теперь безостановочно кружились в дьявольском танце. Эта ураганная пляска сметала все, встречавшееся на пути.

§

То же самое было и со мной. По мере того как росла моя тревога, путешествовать становилось труднее и труднее. Одна лишь мысль о том, что нужно сесть в самолет, на поезд или на корабль, вызывала у меня тревогу. Я начинала думать об этом задолго до поездки. Помню, как-то мы с Дэвидом собрались поехать на поезде из Детройта в Торонто. Упаковывая чемоданы, я рассуждала про себя: «Провести в поезде, в этой мышеловке, целых шесть часов? А вдруг у меня на лице выступят пятна или я сделаю что-нибудь неприличное?» Чем больше я об этом думала, тем сильнее мною овладевала тревога.

Я металась из угла в угол, не чувствуя ног. Смущение овладело мною и сбило с толку, мысли путались, сознание помутилось. Казалось, что на меня вот-вот обрушатся стены. И все из-за того, что всего-навсего упаковывала чемоданы? Неужели это было так сложно? Ведь знала, что мне нужно взять с собой, но выбрать что-то было выше моих сил. Положить коричневый ремень или черный? Я не понимала, почему это так важно для меня, любое решение становилось неразрешимой проблемой.

Мы собирались просто поехать отдохнуть, да и в поезде должны были находиться совсем не долго. Тогда почему же я так нервничала? Чего боялась? Все дело в ожидании. Я собирала чемоданы, но мысленно уже тряслась в вагоне. Мне очень хотелось путешествовать, и в то же время было страшно. Сердце билось так, будто я пробежала не меньше десятка миль. Адреналин бурным потоком устремился в кровь, желудок бурлил, словно штормовое море. «Шесть часов в тесном купе? Может быть, мне потребуется выйти из вагона? Что если я не смогу себя контролировать? Все что УГОДНО, только не эта поездка!»

Контроль над собой был утерян. Я была смущена и подавлена, но одновременно отчаянно стремилась в это путешествие, меня влекло повеселиться вместе с Дэвидом. Невообразимое желание расслабиться и спокойно собираться в поездку, как поступают все «нормальные» люди, овладело мною Почему же я так боялась и переживала? Возможно, для этого есть какая-то реальная причина? Быть может, должно случиться что-то ужасное? Мне просто не следует ехать?

Вернувшийся домой Дэвид сразу почувствовал неладное. Он сел рядом, и мы заговорили о моих чувствах. «Со мной что-то не в порядке, — сказала я ему, рассказывая о своих странных ощущениях. — У тебя было что-либо подобное? Ощущал ли ты, что сердце буквально готово выпрыгнуть из груди? Чувствовал ли ты, что сходишь с ума без всякой причины?» Как я надеялась, что он скажет «да». Это не сняло бы камень с сердца, но мне бы посочувствовали, я бы знала, что не одна такая на свете, что я еще не сошла с ума.

— Нет, Люсинда, со мной такого никогда не было

Сразу же сжался желудок. «Наверное, я схожу с ума. Должно быть, я действительно больна».

Неправда. Просто у меня был приступ паники, вызванный боязнью ситуации, в которой я не могла бы себя контролировать.

Не помню, как я попала в поезд. В голове клубились навязчивые мысли о самых худших неприятностях Не знаю, в каком времени я была — в прошлом или в будущем, но точно уверена — никак не в настоящем. Видения настолько завладели мною, что лучше, наверное, было бы остаться дома.

Мне хотелось наслаждаться видом из окна, но тревога разрослась до такой степени, что я уже просто ничего не замечала. Тогда я попробовала оценить ситуацию. Еду на поезде. Отправилась путешествовать вместе с Дэвидом, с этим мистером «не-бери-в-голову, все-прекрасно». Он смеется, шутит и явно наслаждается поездкой. Рядом его любимая трясется от страха. «Смогу ли я остановить поезд в случае необходимости? За какой из этих шнуров надо дергать? Интересно, заметят ли, что это сделала я? Сколько еще тащиться до ближайшей станции? Где у них там больница?» Я сидела лицом к окну, но не замечала ни ярко-зеленой травы, ни цвета неба. Все мои чувства и остатки мыслей были сосредоточены на поиске знаков приближения станции, об одном молила я небеса: она должна быть достаточно большой, с приличной больницей и квалифицированным психиатром. Очень уж срочной необходимости в этом не было, но ведь никогда не знаешь, что и в какой момент может случиться. Сердце билось отчаянно. Струились потоки адреналина. Трудно дышать. Желудок совсем скрутило. В голове роились тревожные мысли. Несомненно, я схожу с ума. Но все оказалось не так. Просто со мной случился очередной панический приступ.

Не знаю, как я пережила все это, но в конечном итоге в Торонто мы прибыли и зарегистрировались в отеле. Казалось, что уж теперь-то я расслаблюсь и мы насладимся отпуском. По крайней мере, Дэвид на это надеялся. Не на ту напал!. Вместе с багажом я прихватила из поезда и свои беспокойные мысли. Они поселились в отеле вместе со мной, получив ключи от номера. Кошмар продолжался.

§

Если существуют какие-то иные, не перечисленные здесь, факторы, причиняющие вам особые неудобства, добавьте их на свободные графы в конце анкеты.

Факторы, вызывающие тревожность 

• Поход в магазин за покупками

• Обед в ресторан

• Необходимость есть на вид

• Сдача письменного экзамен

• Вождение автомобил

• Путешествие

• Стояние в очереди

• Нахождение на высот

• Пребывание на мост

• Участие в заседаниях

• Нахождение в замкнутом пространстве

• Посещение церкви

• Общение с другими людьми

• Полет на самолет

• Выступление перед другими людьми

• Необходимость нахождения в

• Пребывание в одиночеств

• Иное

Определите, какие физические симптомы появляются у вас в случае тревоги:

• С ильное сердцебиение/неприятные ощущения в груди

• тошнота

• дрожание конечностей/нервозность

• бледность/покраснение

• головокружение

• мышечное напряжение

• чувство смущения или заторможенности

• головные боли

• диарея

• бессонница/повышенная сонливость

• не хватает воздуха при дыхании, беспокойство

• онемение различных частей тела

• странные мысли

• чувство усталости или депрессии

• чувство беспомощности

• необъяснимые панические ощущения

• неконтролируемые вспышки гнева

Это даже не тест, а скорее попытка самооценки. Давайте попробуем разобраться и внимательно проанализировать результаты. Итак, что вы заметили у себя? Может быть, тревога разъедает вашу жизнь и вам никак от нее не избавиться? Возможно, некоторые ваши ответы удивили вас самих. Есть ли такие особенности поведения, которые вам хотелось бы изменить, но вы не знаете как? Выход существует, и вы сможете сами найти его.

Эта книга — книга для всех

Вы можете подумать про себя: «Хм, я-то не так плох Я не избегаю всех этих вещей, могу летать на самолетах, водить машину и вообще живу нормально. У меня нет панических приступов. Просто, бывает, немного понервничаю, иногда испытываю напряженность, беспокойство и плохо сплю». Если вы действительно так считаете, тогда эта книга для вас. Или вы думаете, что все это уже читали, делали, бывали у всевозможных докторов, терапевтов и психиатров по множеству раз — моя книга окажется небесполезной и для вас. Вероятно, вы находитесь именно в том состоянии, в котором была когда-то и я, ощущаете неуверенность, упадок духа, разочарование и беспомощность. Возможно, вы чувствуете полное непонимание окружающими и некому вам помочь?

Я хочу рассказать вам то, что поняла сама. Я была такой же, как вы. Не сдавайтесь, помощь обязательно придет. Это не рок, вы не сошли с ума, и, что самое главное, вы не одни. Вы потратили массу времени и денег, чтобы избавиться от тревожности, и все еще страдаете?

По сих пор вы лечили следствие, а не причину.

Не спешите прекращать чтение этой книги. Вы непременно поправитесь, если хотя бы на время оставите свою аналитичность и присущий вам скептицизм. Тревожность только усиливается при наличии этих свойств личности. Но зная, через что вы прошли и сколько безуспешных попыток выздороветь предприняли, кто может обвинить вас в пессимизме? К счастью, многие скептически настроенные люди обладают сильной волей, и потому именно они достигают самых впечатляющих результатов. Почему бы и вам не стать одним из них?

Глава 3

Что происходит при панических приступах?

Каждый раз, отказываясь подчиниться тревогам, вы получаете дополнительный заряд силы, отваги и уверенности в себе… Опасность возникает в тот момент, когда вы отказываетесь противостоять своим страхам, когда не осмеливаетесь принять их вызов, ввязаться в незримый бой… Всякий раз вступайте п борьбу с самим собой и побеждайте, делайте то, о чем раньше вы и подумать не могли.

Элеонора Рузвельт

Многие люди ощущают при полете в самолетах некий дискомфорт, иногда даже те, кто никогда не страдал тревожными расстройствами. Человек с повышенной тревожностью чувствует себя неуютно в любых путешествиях, а не только в полете. Почему? Все очень просто. Пассажир не может контролировать движение транспортного средства, у него отсутствует возможность войти или выйти из него при желании. Я помню молодую женщину, которая говорила на наших семинарах: «Все дело в контроле, Люсинда. Если уж я лечу на самолете, то хочу быть уверенной, что все будет в порядке!»

§

Когда подступает тревога, многие люди чувствуют себя сбитыми с толку, находятся в полной растерянности и думают, что сходят с ума. Наш штатный психолог в Мид-вест-Центре д-р Джим Болдус говорил нам, что замешательство, смущение — вполне здоровый механизм, который на самом деле помогает справиться с непривычной ситуацией. «Для некоторых людей с излишней тревожностью или склонностью к агорафобии, — говорил он, — замешательство является здоровой реакцией. Считается, что мозг как бы берет передышку в условиях эмоциональной перегрузки. Вследствие травмы у человека обычно наступает состояние шока. И это хорошо, ведь нервная система нуждается в передышке, поскольку не в состоянии обработать все впечатления, которые обрушиваются на наши органы чувств. То же самое происходит и при повышенной тревожности. Организм стремится защитить себя». Замешательство и чувство смущения не более чем своеобразные мини-каникулы вашего сознания.

Подобная неясность мыслей может длиться несколько часов, мешая сосредоточиться, но она не причинит вам вреда. Помните, что это не более чем выплеск адреналина. Рано или поздно его содержание в крови стабилизируется, и вы снова будете в норме. Самое лучшее, что можно сделать в момент замутнения сознания, — попытаться проанализировать сам процесс. Попробуйте ужиться с этим состоянием, воспринимая его как часть самого себя. Скажите себе: «Это здоровая естественная реакция организма, так он заботится обо мне». И хотя может показаться, что вы не сможете разумно действовать в таком состоянии, вы отнюдь не теряете рассудок и не сходите с ума. Чувство смущения и замешательства скоро пройдет. Постарайтесь в этот момент думать о чем-нибудь приятном. Если же вы сконцентрируетесь на своем страхе, то организм усилит выделение адреналина и кортизола, что, в свою очередь, вызовет новые физические недомогания. Я хорошо знаю этот замкнутый круг. Замешательство было у меня одним из самых устойчивых симптомов тревожности, но не принесло мне никакого вреда, кроме страхов.

Навязчивые мысли о здоровье

Когда поток адреналина попадает в лимбическую систему, он вызывает чувство сильного страха. Реакция мозга заключается в поиске реальной причины беспокойства. Если он не находит ничего опасного вовне, то обращается внутрь, а мы начинаем метаться от одного врача к другому. Это тоже естественная реакция: чувствуя, что у нас что-то не в порядке, мы стараемся устранить причину беспокойства.

В этом случае посещение врача — поступок правильный. При появлении приступов боли я бы настоятельно рекомендовала вам пройти комплексное обследование для того, чтобы исключить всякую возможность физических причин ваших волнений.

Вы боитесь, что у вас могут найти серьезное заболевание? Или опасаетесь, что врачи ничего не обнаружат? Именно так когда-то думала и я. Но, поверьте мне, постоянные и непрекращающиеся мысли о состоянии здоровья причинят вам гораздо больше неудобств в сравнении с тревогой при посещении врача и медицинском осмотре. Результатом длительных раздумий могут стать панические приступы, вызванные постоянной озабоченностью, состоянием сердца, боязнью рака, опухоли мозга, психологического расстройства и т. п. Даже если при осмотре у врача что-то подобное действительно обнаружится, вы, по крайней мере, будете знать, с чем приходится иметь дело и какие меры следует предпринять. Но, скорее всего, со здоровьем все окажется в порядке. Рассудок ваш успокоится, и вы сможете сосредоточиться на том, как справиться с реальной проблемой — вашей тревогой.

Как вы сами оцениваете свою тревожность

Если вы находитесь в состоянии тревоги — а кто ее не испытывал? — не стоит думать, что у вас непременно агорафобия или другое серьезное расстройство. Не имеет значения, какое место занимает тревога в вашей жизни — очень большое или крохотное, в любом случае вы только выиграете, если научитесь ее контролировать. В какой бы степени вы ни страдали от тревоги, стоит предпринять некоторые усилия, чтобы полнее распоряжаться собственной жизнью, сделать ее лучше.

Давайте проведем небольшой эксперимент по определению уровня вашей тревожности. Для этого следует ответить, какие из перечисленных факторов причиняют вам наибольшее неудобство. Кроме того, попытайтесь определить по трехбалльной системе, как часто вы пытаетесь их избежать (1 — никогда; 2 — иногда; 3 — часто) и какова степень вашей тревоги в подобных ситуациях (1 — минимальная; 2 — умеренная; 3 — очень сильная).

§

Какова бы ни была изначальная причина тревожности, приходит ли она извне или коренится внутри нас, внезапный приступ тревоги автоматически посылает в мозг определенный сигнал. Срабатывает защитная сигнальная система, и на помощь бросаются верные стражи здоровья — выделяется гормон, именуемый адреналином. С этого все начинается. Наша нервная система получает известие, что организму грозит опасность, и реагирует на это выделением кортизола. Этот стимулятор тревоги быстро распространяется по всему телу.

Биохимический механизм реакции организма на появление опасности не является результатом неполадок нервной системы. Совсем наоборот. Это сигнальная часть общего механизма защиты. Допустим, что в супермаркете некий человек приставил вам к виску ствол пистолета — внешняя тревога вполне реальна и оправдана. Организм немедленно отреагирует на происшествие и зарегистрирует опасность. И тогда в движение придут адреналин и кортизол. Центральная нервная система необычайно чувствительна, и, когда на нее воздействуют эти стимуляторы, она реагирует способом, который мы называем «беги или сражайся». Такая реакция напоминает объявление тревоги в войсках. Вы должны быть готовы либо защищаться, либо бежать так быстро, как только сможете. Все системы организма настроены на выживание и не постоят за его ценой в данных конкретных обстоятельствах. Это естественная реакция любого здорового организма, стремящегося защитить себя.

Аналогичные процессы автоматически развиваются в организме и в том случае, когда сигналы возбуждения вызваны не внешним воздействием, а внутренними источниками, исходят от нас самих, когда источник тревоги находится в самом сознании. Сердце начинает биться быстрее, ускоренно поставляя кислород к мышцам рук и ног. Желудок — орган наиболее уязвимый при любом сражении — сокращается по мере оттока от него крови. В результате при повышенной внутренней тревожности вы получаете хроническое расстройство желудка, постоянно повторяющиеся приступы тошноты и судороги и думаете, что у вас рак желудка. Кровь устремляется к мышцам рук и ног, но отливает от кистей рук и ступней: выступающие конечности также уязвимы. Пальцы рук и ног холодеют. Вы ощущаете их покалывание и диагностируете первый признак рассеянного склероза. Сердце начинает гулко биться — явный симптом сердечного приступа. Кровь приливает к голове, вызывая головокружение, — здесь не обошлось без опухоли головного мозга. Данные о совокупности «смертельных» заболеваний перевозбуждают нервную систему, и вот вы уже недалеки от паники. Видите, что мы сами с собой делаем?

Замешательство — здоровая реакция

Помню случай, когда чувство замешательства одержало надо мной полную победу. Дэвид и я устраивали вечеринку. Адреналин у меня в крови прямо-таки неистовствовал, поддерживая организм в обычном состоянии ожидания всяких неприятностей: я беспокоилась о качестве продуктов, выборе музыки, знаках гостеприимства, У меня все должно быть на высоте: дом, одежда, закуски, естественно – муж. Все-все.

Готовясь к предстоящей вечеринке, я не могла воспользоваться готовыми блюдами из магазина или использовать домашние припасы и заготовки, чтобы облегчить себе работу. Конечно, нет. Я все должна была сделать сама. В конце дня меня можно было подавать на стол — я напоминала хорошо отбитый и прожаренный кусок мяса. Единственное желание — отдохнуть хотя бы минутку, я уже ненавидела эту вечеринку всеми фибрами души. Сама собственноручно загнала себя в угол.

Одна из гостей, звали ее Дон, приехала немного раньше и, к моему ужасу, решила посидеть на кухне и поболтать, пока я заканчивала готовку. А у меня была такая неясность мыслей, такое помутнение сознания, что ни слова не могла разобрать. Я была настолько выбита из колеи, что сунула поваренную книгу Бетти Крокер в холодильник! Через несколько минут, когда она мне понадобилась и я ее не обнаружила на обычном месте, мы стали искать книгу вместе с Дон. Найти нам ее не удалось — фолиант просто растворился в воздухе, и мы прекратили бесполезные поиски. Когда же я случайно открыла холодильник и увидела на средней полке свою поваренную книгу, то была просто в шоке. «О, нет! — подумала я, — Как такое могло случиться? Что подумает обо мне Дон?» Я быстро достала книгу, положила ее на стол и стала ждать реакции «помощницы». Но Дон продолжала болтать о своем, похоже, она вообще ничего не заметила. Разве можно что-то увидеть, беспрестанно работая языком? Позже, когда я поправилась и перестала сопротивляться своим ощущениям, допуская их существование, они стали проходить намного быстрее.

§

Обсудите с ним необходимость курса стационарного лечения, но, прежде чем делать окончательный выбор, я вам советую подумать об амбулаторных программах. Попробуйте немного отвлечься и поразмышлять. Ваше настоятельное желание поправиться как можно быстрее вполне понятно и объяснимо, но выздоровление в любом случае требует времени.

Госпитализация действительно необходима в тех случаях, когда тревога сочетается с умеренной или сильной депрессией, требующей, как правило, приема лекарств. При этом пациент должен находиться под наблюдением врачей во время применения медикаментозных средств, до наступления периода стабилизации. Если вы чувствуете, что близки к депрессии, обсудите необходимость госпитализации с лечащим врачом. Существуют различные тесты, которые можно пройти, чтобы доктор поставил достаточно точный диагноз.

Если ваша главная проблема — тревожность, то депрессия — обычно следующая по значимости.

Тревога—это эмоция. Вы можете ее контролировать.

Тревожные расстройства часто наблюдаются у людей, по складу характера независимых, либо ощущающих потерю контроля над своими страхами и чувствами. Иногда это завершается депрессией, выйти из которой можно, лишь применив лечение антидепрессантами. Если это напомнило вам собственную ситуацию, постарайтесь, помимо чтения материала в главе 12, обсудить ее со своим врачом.

Каждый человек по-своему испытывает тревогу, но, возможно, вам будет немного легче, когда вы узнаете, что многие люди ощущают нечто подобное. Ваше отношение к своей тревожности определяет, способны ли вы контролировать ее в дальнейшем или, наоборот, целиком попадете под ее влияние. Для того чтобы лучше понять, как развивается процесс нарастания тревоги, рассмотрим, что при этом творится у нас в голове.

Существуют два типа тревоги. Первый из них — внешняя тревога. Она вызывается внешними обстоятельствами: захватывающей телевизионной передачей, долгим пребыванием в дорожной пробке, боязнью опоздать на работу, супружеской ссорой или другими внезапно возникшими проблемами. Если в ваш дом вломился бандит, вы, конечно, будете нервничать и переживать, потому что вам или членам вашей семьи могут причинить вред. К тому же неизвестно, чем закончится происшествие. Эти и подобные им примеры демонстрируют ситуации, порождающие различные типы тревоги, являющиеся нормальной реакцией обычного человека.

Второй тип тревоги – тревога внутренняя, коренящаяся в душевном состоянии человека. Начинается она с некоей мысли, самого обыкновенного предположения типа «а что если», которое влечет за собой цепочку других неприятных логических выкладок.

Что если моему мужу не понравится то, что я ему скажу?

Может быть, он рассердится и никогда не простит меня?

А вдруг он уйдет от меня?

Быть может, я останусь совсем одна и не смогу даже

позаботиться о себе сама?

Как быть, если я сойду с ума и рядом не будет никого,

кто мне поможет?

Предположим, что я разрыдаюсь так, что потом не смогу

даже дышать?

Одна тягостная мысль порождает другую. Очень скоро вы будете носиться по кругу, как белка в колесе, запутываясь все больше и больше.

• Что если я обидела его?

• Что если он меня не любит?

• Что если я заболею?

• Что если я опоздаю на работу сегодня утром?

• Что если я потеряю сознание, находясь за рулем?

• Что если мой босс разозлится на меня?

• Что если я потеряю работу?

• Что если я вдруг встану в самолете и закричу?

• Что если мое учащенное сердцебиение не прекратится?

• Что если у меня начнется сердечный приступ?

• Что если самолет упадет на землю?

• Что если я неосознанно сделаю что-нибудь неприличное?

• Что если я умру?

Выйти из этого круга можно в любой момент. Помните, что тревога не является чем-то страшным, не является тяжелой формой болезни, требующей длительного лечения.

Про собак:  Одышка у собаки: причины, первая помощь, лечение | Блог ветклиники "Беланта"

Ваша тревога находится у вас под контропем. Вы сами породили неприятные мыспи, а значит, сами сможете их остановить.

Причина тревоги — в нас самих. Мы ожидаем худшего, и мысль эта становится генератором определенных биохимических реакций в нашем организме. В такой ситуации человек не является безвинной жертвой случая, не тревога его выбирает, а он сам порождает внутреннее беспокойство, следовательно, может контролировать собственные мысли и поступки. Как только удастся осознать, что мы не только сами вызываем тревогу, но и вновь и вновь усиливаем ее, постоянно прокручивая в голове причины и возможные последствия, мы сделаем первый, но самый важный шаг на пути исцеления.

Реакция адреналина

§

В «Руководстве по психиатрической диагностике и статистике психических расстройств» понятие тревожности разделено на несколько различных категорий: расстройство, вызванное посттравматическими переживаниями, панический приступ, синдром навязчивых состояний, синдром общей тревожности и агорафобия. Там же все подобные расстройства Причисляются к разряду психических.

В отличие от авторов «Руководства…», я не считаю тревожность психическим расстройством и убеждена, что перечисленные выше категории тревожности перекрывают друг друга и чаще всего проявляются совместно. Так, например, в ходе успешной двенадцатилетней практики по терапии тревоги в Мидвест-Центре мы установили следующие закономерности.

*Большинство пюдей, которым близко знакома тревога, имеют навязчивые мысли, но при этом далеко не всех эти мысли приводит к навязчивым состояниям.

Когда у человека появляется какая-либо навязчивая мысль, он просто неоднократно «прокручивает» ее в сознании. Наличие же навязчивого состояния выражается в многократной повторяемости действий. Например, постоянном мытье рук или проверке, заперты ли двери. Либо, опасаясь микробов и болезней, вы станете непрерывно протирать дверные ручки или перестирывать свои вещи.

Люди, подверженные агорафобии, периодически испытывают панические приступы, хотя могут и не осознавать этого.

Агорафобию можно определить как страх пребывания в публичных местах. Панические же приступы — это острые вспышки тревоги, связанные с разнообразными физическими симптомами, такими как учащенное сердцебиение, нервозность, головокружение и затрудненное дыхание. Во время панических приступов обычно возникает острое желание «выбраться наружу» и укрыться где-нибудь в безопасном месте.

Большинство из тех, кто страдает тревожными расстройствами, могут проследить их предысторию вплоть до некоторого события, которое вызвало переживания, именуемые посттравматическим стрессом.

Расстройство, вызванное посттравматическим стрессом, — это тревожность, порожденная переживаниями событий в личной жизни. Иногда оно сопровождается повторяющимися ночными кошмарами и тягостными воспоминаниями.

Почти все люди, испытывающие проблемы с тревогой, ощущают также и общее беспокойство.

Степень тревожности при этом очень велика, хотя и не дотягивает до стадии паники. Однако видимая непосредственная причина чувства тревоги отсутствует. Появляется лишь некая внутренняя нервозность и дурные предчувствия. Эти ощущения могут длиться часами и сопровождаться помутнением сознания, замешательством и путаницей в мыслях.

Собственно говоря, сколько людей — столько и симптомов. Но это разнообразие не создает дополнительных проблем при лечении, потому что все симптомы требуют сходного отношения: поведенческого и познавательного реструктурирования и постепенного осознания своих проблем. Вы научитесь думать, реагировать на внешние обстоятельства и вести себя по-новому. Затем, когда у вас сформируется твердое представление о своих проблемах и появятся устойчивые навыки в овладении специальными методиками, вы постепенно сможете противостоять своим страхам. Пожалуйста, не пытайтесь делать этого до тех пор, пока не завершится процесс самоперепрограммирования. Можно попробовать сесть за руль машины, если вы раньше избегали этого. Но до тех пор, пока вы не поймете причину возникновения страха вождения машины, этот поступок, скорее всего, только усугубит и без того не слишком приятное положение.

• Попытайтесь добиться осознания причин своих страхов и реструктурируйте собственные мысли и реакции.

• Освойте разработанные для этого случая методики.

• Попробуйте испытать вновь приобретенные навыки на тех видах деятельности, которых вы ранее избегали.

В процессе чтения этой книги вы и дальше будете все больше узнаватьо себе, почувствуете происходящие в вашей жизни позитивные перемены в поведении и образе мыслей. Но нельзя победить страх перед полетами, не садясь в самолет. Разберитесь в себе, освойте новые методики и только потом попробуйте потягаться со своими страхами. Самая действенная помощь — победа над ними.

В течение многих лет людей с тяжелыми тревожными расстройствами отправляли в больницу. Сейчас уже известно: несмотря на то, что тревога — одно из самых мучительных расстройств, большинству людей госпитализация совершенно не нужна.

Некоторые клиники предлагают пациентам специальные программы стационарного лечения подобных расстройств. Многие из них могут быть весьма полезными и эффективными. Но к каждому человеку необходим индивидуальный подход, и поэтому, если вы всерьез обдумываете вариант госпитализации, настоятельно советую вам еще раз побеседовать со своим врачом.

§

У людей с повышенным уровнем тревожности наблюдаются сходные черты характера, во многом ответственные за большую часть их тревоги. Они обычно беспокойны и склонны к цикличности мышления, обладают аналитическим складом ума и подвержены мучительным навязчивым страхам.

В характере такого человека наблюдается стремление к полной определенности во всем и завышенные требования к окружающим. А результатом взаимодействия специфических черт характера часто становится разочарованность и повышенная тревожность. Одобрение окружающих и попытка постоянного самоконтроля становятся важнейшим критерием их самооценки. Постоянное ожидание, замешанное на страхе негативных событий, занимает значительное место в их сознании, и при малейшей угрозе или необычных обстоятельствах оно проявляется в слишком бурной реакции на происходящее.

Такой тип сознания и порождает биохимические реакции, вызывающие тревогу. Добиться выздоровления невозможно до тех пор, пока вы не захотите самым серьезным образом заняться анализом и, при необходимости, измене-, нием своего характера. Корректируя сознание, вы воздействуете на систему обратных связей организма. Биохимические реакции организма изменяются в направлении минимизации или предотвращения аномального развития тревоги.

Симптомы страха и беспокойства

Существует целый ряд физических симптомов, связанных с тревожными расстройствами. Вот некоторые, наиболее распространенные:

• сильная тревожность и чувство паники;

• учащенное сердцебиение и ощущение сдавленности в груди;

• головокружение и ощущение пустоты;

• чувство замешательства и нереальности происходящего;

• нервозность;

• навязчивые, не поддающиеся контролю мысли;

• тошнота, желудочные боли, диарея;

• вспышки бледности или покраснения;

• потеря чувствительности или странные боли и недомогания, мышечное напряжение;

• депрессия и ощущение безнадежности;

• невозможность полноценного отдыха, бессонница или повышенная сонливость;

• трудности с дыханием;

• неконтролируемые приступы гнева.

Люди, страдающие тревожным расстройством, склонны к необоснованному беспокойству, боятся всего и всех. Вот список того, чего они страшатся более всего:

• сердечные приступы;

• сумасшествие;

• потеря контроля над собой;

• утрата самообладания;

• смерть;

• неизлечимая болезнь;

• причинение вреда себе или кому-то из окружающих;

• обмороки;

• затруднения с дыханием.

Парадокс в том, что эти страхи ответственны за возникновение симптомов повышенной тревожности, а симптомы порождают вышеперечисленные страхи. Круг замкнулся.

Психические расстройства и расстройства эмоциональные

Важнейший постулат, который необходимо постоянно помнить, состоит в следующем:

Тревожность не является психическим расстройством.

В основе таких психических расстройств, как шизофрения или маниакальная депрессия, лежат процессы химического и биологического характера, порождающие абсолютно искаженное восприятие действительности. Как правило, эти заболевания требуют длительного (обычно на всю жизнь) медикаментозного лечения.

Простое упоминание психического расстройства в разговоре вызывает у собеседников чувство страха и осуждение. В нашем обществе сложилось исключительно предвзятое к ним отношение. Но бояться или стыдиться этих расстройств не следует. Психиатрическая наука может помочь многим страдающим от этих болезней. Мы должны осознать:

• каждый случай болезни уникален;

• существуют разные уровни психических расстройств;

• многие больные вполне могут вести нормальную жизнь с помощью врачей и лекарств.

В нашей практике мы определяем тревожность как эмоциональное расстройство. Различие эмоциональных и психических расстройств заключается, в частности, в том, что тревога успешно поддается самостоятельному лечению, без применения лекарств. Симптомы тревожного расстройства не постоянны, они приходят и уходят. Для синдрома тревожности характерны страхи, не имеющие реальных оснований. Это эмоциональное состояния беспокойства или глубокой озабоченности. В отличие от психических расстройств, излечиться от тревожности можно и нужно, причем обычно без долговременных лекарственных процедур.

§

Несмотря на страдания и проблемы, с которыми пришлось столкнуться, совершенно честно могу сказать: я рада, что у меня было тревожное расстройство. Это было проклятием, которое стало благодатью. Пережитые мною невыносимые мучения стали залогом самосовершенствования. Расстройство заставило меня найти средства, вполне доступные обычному человеку, но эти возможности пропали бы втуне, будь боль моя хоть немного меньше. Тревожное расстройство многому научило меня, и прежде всего не принимать все слишком близко к сердцу. Осознав, что такое тревога, я занялась лечением и поменяла беспокойное прозябание на наполненную всеми красками жизнь. Сегодня я не боюсь воспользоваться подвернувшимся случаем, наслаждаюсь жизнью, живу настоящим, а не прошлым или будущим. Я счастлива и ощущаю умиротворение. Раз смогла я, значит, сможете и вы.

Что такое тревожность

Определение в медицинском словаре гласит: «Тревожность — болезненное состояние сознания, обычно связанное с надвигающейся или предполагаемой опасностью. Это полная страха озабоченность или проявление чрезмерного интереса, отмеченные рядом физиологических признаков (потливость, учащенный пульс и т. д.), а также неадекватным отношением к действительности (характеру и природе угрозы), неуверенностью в собственных силах».

Состояние тревоги бывает у всех, это естественно. Но когда тревожность вырастает до размеров, нарушающих нормальное течение жизни, она превращается в расстройство.

Наследственность

Расстройства, вызванные тревогой, обычно берут свое начало в семье. Если вам свойственна повышенная тревожность, то, скорее всего, ваши родители, дедушка или бабушка, братья или сестры имели или имеют сходные проблемы. Может быть, у ваших родственников были подобные расстройства или депрессия? Возможно, кто-то из членов вашей семьи тихо и молча страдал от панических приступов и навязчивых мыслей? Лечился ли кто-нибудь из близких от нервных заболеваний или злоупотреблял алкоголем для того, чтобы «снять напряжение»?

Опыт убеждает, что алкоголь сам по себе не создает поводов для тревоги. Отец мой, например, испытывал проблемы с тревожностью отнюдь не потому, что много пил. Все как раз наоборот: он пил потому, что страдал от тревоги и депрессии. Вполне возможно, что у него была наследственная предрасположенность к тревоге и алкоголизму, усиленная трудными условиями детства, усилившими эту склонность. Страдания он обычно лечил алкоголем. Когда же наконец он пошел к врачу, тот прописал ему валиум. Появилась еще одна проблема — гремучая смесь наркотиков и алкоголя.

Необходимо ли устраивать расследование на предмет наличия родственников с предрасположенностью к тревожным или невротическим депрессиям? На самом деле это представляет интерес только для правильной постановки диагноза. Наличие наследственной предрасположенности к тревоге, алкоголизму или депрессии совсем не означает, что она проявится и у вас, не волнуйтесь без повода. Об этом просто следует помнить, особенно если начали проявляться какие-то симптомы тревожности.

Окружение

Обстановка, окружавшая человека в детстве, играет значительную роль в развитии тревожных расстройств. Может быть, ваша мать находилась в состоянии постоянной тревоги? Ваши родители требовали, чтобы ребенок всегда был на высоте положения? Возможно, вы выросли в очень религиозной семье? Разлучали ли вас в детстве с кем-то очень любимым? Тогда вам полезно узнать, что некоторые проблемы, вызванные свойствами окружения, могут порождать тревогу, характеризующуюся тенденцией перерастания в настоящее расстройство и депрессию.

Не пытайтесь возложить ответственность за свою тревогу на прошлое или переложить вину за нее на другого, это может обернуться против вас. Попытка уверить самого себя в том, что в депрессии виновато трудное детство или неизвестный, наложивший заклятие на ваш род, ничего в лучшую сторону не изменит.

Более того, такая уловка может стать дополнительным поводом для беспокойства и вряд ли поможет излечению. Примите на себя ответственность за свое самочувствие и выбор жизненного пути, такой шаг составляет важную часть процесса выздоровления. В дальнейшем мы детально обсудим подобные вопросы.

Биохимические реакции

большинство ученых-медиков считают, что тревожное расстройство обычно сопровождается у людей избыточной катехоламиновой и недостаточной эндорфинной активностью. Такое состояние биохимического баланса организма означает предрасположенность к нервозности и сверхчувствительности.

Лично я не верю, что тревожность — результат нарушения протекания химических процессов в организме человека, легко устраняемого медикаментозными средствами. На самом же деле некоторые лекарства могут только усугубить ситуацию. Если эндорфины помогают нам контролировать мысли и реакции, мы сами ответственны за содержание в организме эндорфинов и степень катехоламиновой активности.

Черты характера

§

Майкл работал врачом в приемном покое. Он был талантливым человеком и хорошим специалистом, любил свою работу, ладил с коллегами, его боготворили пациенты. Внезапно у него стали появляться головокружения, возникало помутнение сознания. Майкл не мог рассказать об этом коллегам — боялся потерять работу. Он не знал, куда обратиться за помощью, считая, что медик должен сам справиться с проблемами. Как-никак он врач…

Майкла подстерегло тревожное расстройство.

***

Люсинда производила на окружающих впечатление женщины незаурядной, выглядела сильной и уверенной в себе. Но и у нее неожиданно появились признаки беспокойства. Будущее стало казаться туманным, а прошлое скрылось в тревожной дымке. Люсинда поймала себя на мысли, что уже не понимает, любят ли ее окружающие, правильно ли она себя ведет, каково ее физическое состояние. Появились проблемы с пищеварением, развился невыносимый кишечный синдром. Тошнило при одной мысли о еде. Она теряла в весе, стала похожа на соломинку. Люсинда уже не могла водить машину, летать на самолете. Мучения доставляли даже разговоры по телефону.

Со временем женщина стала планировать жизнь исходя из своей неспособности двигаться самостоятельно. Приступы паники появлялись каждый раз, когда она чувствовала, что не может вести себя так, как хочет в данный момент. Она перестала распоряжаться своей собственной судьбой…

Люсинда стала пленницей своей собственной тревоги.

***

Люсинда — это я. Это у меня было тревожное расстройство. Это у меня в детстве были страшные сны и навязчивые мысли. Уже тогда я чувствовала, что не такая, как все. В подростковом возрасте я избегала делать многое из того, что позволяли себе другие дети, и не могла понять почему. Мне казалось, что со мной происходит нечто странное, и потому окружающее внушало страх. Тревога росла вместе со мной и проявлялась в виде постоянных панических приступов, усиливающегося чувства страха и неуверенности. К двадцати годам главной моей проблемой стал невыносимый кишечный синдром.

Ожидание всегда хуже ожидаемого

Помню, как один из моих самых ужасных страхов все-таки реализовался. Сейчас эта маленькая история кажется мне забавной, но к некоторым читателям она имеет прямое отношение! Однажды мы с коллегой принимали участие в конференции и решили поселиться в одном номере гостиницы. Вынужденное проживание с кем бы то ни было в одной комнате, тем более с коллегой по работе, всегда служило лишним поводом для моих волнений. «А что если у меня начнется приступ диареи?» — думала я, доставая для профилактики из чемодана привычную микстуру.

После роскошного банкета, без которого не обходится завершение ни одного приличного симпозиума, мы вернулись в комнату. Ранним утром в отеле было очень тихо, мы лежали в постелях, обсуждая подробности этой ночи. Вдруг в животе началось слишком знакомое урчание. Мысли забегали лихорадочно: «Боже мой! Кажется, начинается приступ, а здесь так тихо. Она наверняка все услышит». Сжавшись в комок, ожидая худшего, я сосредоточилась на своих ощущениях, все больше усиливая начинающиеся симптомы. Пришлось бежать в ванную, но коллега уселась снаружи перед закрытой дверью, и мы продолжали сплетничать.

По-видимому, она не поняла, что же происходило со мной в ванной? А если и заметила, то не обратила внимания. С какой стати ей необходимо задумываться о проблемах моего пищеварения? Разве у нее когда-нибудь была диарея?

Итак, ожидание диареи было не напрасным, сильная тревога превратилась в жестокую реальность. Но действительность оказалась ничуть не страшнее самого ожидания. В самом деле, ожидание чего бы то ни было всегда оказывается мучительнее самого события. А как часто мы тревожимся о том, что никогда не случается?

Самые большие мои страхи были связаны с возможностью сойти с ума и потерять контроль над собой. Следующая по значимости — боязнь неизлечимой болезни и смерти и за нею различные загадочные вещи типа оккультизма и наступления конца света. И каждая причина для тревоги, окунавшая меня в море неприятнейших ощущений, сопровождалась навязчивой мыслью типа: «У меня что-то не так».

§

Несколько месяцев назад я проснулась среди ночи (очередной приступ паники), включила телевизор и постаралась отвлечься от своих недугов. Посмотрев шоу с Вашим участием, я, чего со мной не было уже много лет, заплакала, а утром заказала на почте записи ваших программ. Жизнь изменилась после прослушиваний первых же пленок. Я снова почувствовала себя хозяйкой собственной судьбы.

Как я Вам благодарна!

Кристина

Многообразные пики тревоги

Хочу рассказать вам несколько историй.

***

Сюзанне было девятнадцать. Она работала секретаршей в маленькой компьютерной компании. Работа нравилась, начальник вызывал симпатию. Сюзи жила вместе с родителями, была помолвлена со школьным приятелем, вела размеренный образ жизни и выглядела здоровой и счастливой.

Но однажды все изменилось. Она стала жаловаться на недомогания и тошноту, перестала бывать в больших компаниях. Сюзанне стало трудно общаться со своим начальником. Девушка нервничала, без всякой причины начались перебои с сердцем. Приступы тошноты стали постоянными, и она чувствовала, что попала в неизвестно кем расставленную ловушку. Чаще и чаще ей приходилось сказываться больной и манкировать работой.

По настоянию родителей Сюзанна обратилась к врачу. Доктор диагностировал депрессию, чем еще больше напугал девушку. Ее положили в больницу и начали пичкать разнообразными антидепрессантами. Однако тревожность только усилилась.

После возвращения из больницы молодая женщина чувствовала себя напуганной и сбитой с толку. Сюзанна решила, что ей никогда уже не суждено поправиться. Она перестала выходить из дома, рассталась с работой, не думала о замужестве. Жизнь рушилась прямо на глазах. Девушка оказалась один на один со своими страданиями.

Причиной всех этих мучений Сюзанны стала повышенная тревожность.

***

Даниэль в свои тридцать лет был приятным, симпатичным парнем. Он все делал быстро: быстро говорил, быстро ходил. Даниэль работал в торговле и считал, что так же быстро он должен добиться успеха и в бизнесе, потому что никто не знает, сколько времени отпущено нам свыше и что может случиться завтра. Молодой человек постоянно думал о смерти. Однажды ночью он почувствовал боль в груди, которую принял за проявление сердечного приступа.

Утро он встретил в приемном покое больницы, однако кардиологи определили, что сердце в полном порядке. Впоследствии он не раз обращался к медикам с этой проблемой, но диагноз не изменялся.

Даниэль решил, что произошло самое страшное — у него рак. От болей спасали только пиво и вино. В итоге Дэнни пристрастился к алкоголю, появились проблемы в семье. Он чувствовал, что нуждается в помощи, но стеснялся говорить о своих страхах и врачам и близким.

У Даниэля тоже было расстройство, вызванное тревожностью.

***

Окружающие считали Лауру красивой женщиной. Все вроде бы у нее было в достатке: прекрасный дом, хороший муж, здоровые и любящие дети. Но в душе Лауры поселилось чувство постоянной неудовлетворенности, не оставляло ощущение какой-то потери.

Женщина попыталась обвинить в своих несчастьях мужа и детей; по ее словам, лучшие годы оказались прожиты напрасно — ни любви, ни заботы ей не досталось. Она часто была не в себе, сердилась и кричала, угрожая покинуть дом. Оставаясь в одиночестве, Лаура остро переживала из-за боли, которую доставляли ее близким внезапные перепады настроения и вспышки неконтролируемого гнева, плакала и думала, почему она такая несчастная…

И у Лауры было тревожное расстройство.

***

У Джоан было трое детей дошкольного возраста. Хорошая мать, она большую часть времени проводила дома с детьми. Неожиданно у нее стали появляться навязчивые мысли о том, что она может причинить им какой-то вред. Джоан никому не говорила об этом, стыдилась своих мыслей, но начала избегать детей. Молодая женщина стала беспокоиться о своем рассудке. У нее появилась бессонница — множество ночей пролежала она в кровати с широко открытыми глазами и не могла заснуть. Джоан чувствовала себя без вины виноватой, считала, что она плохая мать. На самом же деле она прекрасно справлялась с детьми. Наконец Джоан открылась мужу и, глотая слезы, рассказала о навязчивых мыслях. Но самый близкий ее человек лишь рассердился. Он посоветовал несчастной женщине немедленно перестать волноваться, потому что он боится за нее и детей. Но он только усугубил ее чувство вины. Джоан пришли в голову воспоминания об отце, совершившем самоубийство. Она подумала, что и сама способна наложить на себя руки. Джоан чувствовала себя как в темнице… Ее тюремщиком была тревога.

***

§

*Вот ключ. Вы имеете возможность и силу излечить себя сами.

Дело в том, что нужно, захотеть заглянуть поглубже в себя, в свои мысли и догадки. Поначалу вы, может быть, почувствуете некое внутреннее сопротивление, приносящее дополнительное беспокойство. Это происходит потому, что ПРИХОДИТСЯ МЕНЯТЬСЯ, А ЛЮБЫЕ ПЕРЕМЕНЫ— страшат. Попробуйте посмотреть на то, что вас пугает, как на приключение. В конце концов вы обретете контроль над собой. Вы начнете действовать.

Единственное условие — вы должны сами захотеть этого, должны захотеть стать лучше и принять на себя ответственность за свою жизнь, о чем мы с вами еще поговорим в этой книге.

Не переоценивайте свою тревогу. Вместо того чтобы сражаться с нею, лучше прислушайтесь к себе. Вы устали? Вы пугаетесь своих собственных мыслей? Расслабьтесь и позвольте им уйти.

Постарайтесь вести дневник, в котором ОТМЕЧАЙТЕ  МОМЕНТЫ ТРЕВОГИ И ПЕРИОДЫ СПОКОЙСТВИЯ. Записывайте все, что вы делали, с кем были, что ели и в какое время. Все это позволит обнаружить некоторые закономерности в развитии вашего тревожного состояния. Думаю, вы непременно их обнаружите.

Если многие годы вы ищете ответы на свои вопросы, если вы потеряли надежду, не отчаивайтесь. Знайте, что вы не одни. Выход существует. Помощь возможна. Не позволяйте никому убеждать вас, будто с тревогой и паническими приступами придется смириться. Ничего подобного! Не опасайтесь потерять контроль над собой. Все совсем не так, как вам кажется. Если вы ищете новые пути, чтобы ответить на вызов судьбы, если вы хотите уважать самого себя и доверять себе, в этой книге вы найдете описание методов, которые могут вам помочь.

Жизнь — это удивительное приключение. Она предназначена не для того, чтобы провести ее в страхе и тревоге.

Вы хотите справиться с приступами паники и избавиться от неприятого ощущения в голове? Вы желаете основать свою собственную компанию? Может быть, вы стремитесь избавиться от страха публичных выступлений или боязни летать на самолете? Или просто хотите остановить непрерывный поток навязчивых мыслей? Я действительно уверена, что на все есть своя причина, и вы совсем не случайно взяли в руки эту книгу. Перед вами множество новых возможностей. У вас новые планы и замыслы. Вы более чем когда-либо стремитесь взять под контроль свои тревоги. Какими бы ни были ваши сокровенные желания и помыслы, прочтите эту книгу. Как только вы победите собственные страхи, для вас станет возможным все.

Глава 2

Тревожность:

что это такое

и есть пи она у вас?

Действие побеждает страх.

Бросая вызов нашим страхам, мы побеждаем их.

Когда мы пытаемся преодолеть трудности,

Они теряют власть над нами.

Когда мы осмеливаемся встретиться лицом к лицу

С тем, что нас страшит,

Мы открываем дверь к свободе.

Неизвестный автор

Дорогая Люсинда, я страдала от повышенной тревожности, приступов панического страха и агорафобии в течение 9 лет. За это время мне пришлось познакомиться, пожалуй, со всеми кардиологами, невропатологами и терапевтами нашего округа, пятью психологами, тремя психиатрами и более чем десятком научных трудов объемом не менее 1000 страниц в каждом. Каждый из этих эскулапов находил у меня аномально высокую тревожность, сообщал, что ничего худшего в их практике не встречалось и отправлял домой с пузырьком какой-нибудь микстуры. Моя ванная все больше напоминала аптеку. Но лекарства принимать я отказалась (следствие тревожности), чем совершенно сводила моих докторов с ума. В приемных покоях перезнакомилась со всеми нянечками, прошла самые заумные тесты и сдала сотни анализов. У меня обнаруживали сильное сердцебиение, тахикардию, головные боли и головокружения, боли в области шеи, потерю чувствительности мышц лица, онемение рук и ног. Головокружения были настолько сильными, что в течение 4 месяцев я не вставала с постели. От боли в ушах стоял постоянный звон, часто случались приступы удушья. Я жила в постоянном страхе и ожидании любых неприятностей, которые полностью истощали меня и сделали каким-то страшилищем.

§

Не отчаивайтесь, если сегодня вам удается держать себя в руках, а на следующий день вас опять переполняют тревоги. Для того чтобы в вашей душе поселились беспокойство и страх, требовалось некоторое время, и точно так же необходимо терпение и время, чтобы их победить. Все мы очень нетерпеливы, нам хочется немедленного результата. Но в жизни очень редко что-либо стоящее дается легко и просто.

В моей жизни самыми важными событиями были крепкий и здоровый брак, рождение детей, создание компании с многомиллионным оборотом и преодоление чрезвычайно серьезных проблем, связанных с повышенной тревожностью. Каждое из них потребовало значительных усилий и длительного времени. На моем пути были яркие взлеты и немало глубоких падений.

Помню, когда я начала изучать, что же такое тревога и агорафобия, отчаянно пытаясь найти ответы на эти вопросы, в течение нескольких дней я чувствовала себя превосходно, пока вдруг один несчастный случай не вернул меня в прежнее состояние. Я часто спрашивала себя, неужели я действительно смогу когда-нибудь выздороветь, неужели когда-нибудь наступит такое время, когда я не буду испытывать тревоги и страха? Стану ли я когда-нибудь снова «нормальной»? Я поставила перед собой единственную цель — почувствовать себя снова «в норме».

*Позвольте мне высказать предположение, что вы на самом деле никогда не ставили перед собой подобную цепь — быть «нормальным».

Во-первых, никакой «нормы» просто не существует. Что значит «нормальный»? Это как-то странно звучит, не правда ли? А во-вторых, неужели вам и в самом деле хочется стать таким, каким вы были раньше?

В одной из моих групп была молодая женщина, похожая на меня такую, какой я была прежде, в период тревожности.

Однажды она сказала мне:

— Жаль, что невозможно снова стать такой, какой я была прежде, до того, как появилась тревога. Я была независимой, ничего не боялась и никого не избегала. Я могла почти все.

— Вспомните, — попросила я, — какой вы были раньше на самом деле? Часто ли вы беспокоились? Ограничивали ли вы себя из-за своих страхов и неуверенности? Случалось ли вам слишком сильно реагировать на какую-либо ситуацию?

— Да, — ответила она,— именно так все и было. Я продолжала:

— Каким было ваше прежнее «Я», были ли вы уверенной в себе? Делали ли вы в жизни то, что вам нравилось?

— Нет. Такой я не была.

— Тогда почему же вы хотите снова стать человеком, который был не уверен в себе и несчастлив? Ведь цель состоит не в том, чтобы стать таким же, как прежде. Цель состоит в том, чтобы стать лучше!

Ей понравились мои слова, и мы с ней договорились, что будем стремиться к этому.

Отговорки

Какой бы сильной ни была ваша тревога, она, скорее всего, дает вам некий благовидный предлог, отговорку, чтобы не совершать то, чего вам не хочется делать. Осознать это трудно, но совершенно необходимо. Мне потребовалось довольно много времени, чтобы понять это. Хотя и неприятно, но приходится признать, что я действительно использовала свою тревогу в качестве простой и удобной уловки Спросите себя, правда ли, что тревога, пусть и на подсознательном уровне, позволяет вам не делать того, что сейчас кажется слишком сложным или опасным? Пока вы испытываете тревогу, у вас есть повод не выяснять трудные для вас отношения, не бросать бесперспективную работу, не отстаивать свое достоинство, когда кто-то недооценивает вас. Иногда спокойнее и выгоднее продолжать тревожиться. Вам это знакомо? А вот если вы примете вызов, то можете попасть в неприятную ситуацию. Но я вам гарантирую:

*Беспокойство, вызванное состоянием вялости и инертности, чувством потери самоконтроля, значительно хуже, чем тревога от предстоящих перемен и необходимости испытать себя.

Эта мысль на многое раскрыла мне глаза. Я-то была уверена, что моя тревога ничего, кроме неприятных ощущений и невозможности делать то, что нравится, мне не приносит. Именно тогда я осознала, что по мере выздоровления у меня будет все меньше отговорок, которые бы позволили оставаться на месте, не бороться за воплощение своей мечты. Это пугало, потому что я боялась потерпеть неудачу. Тревога давала мне великолепное основание ничем не заниматься: не менять работу, вообще не делать ничего такого, что могло бы оказаться трудным или небезопасным.

Про собак:  Болезни собак алабай симптомы

Еще один пример — мои личные отношения. Тревога и панические приступы гак пугали меня, что я использовала их как отговорку, чтобы не разрывать тяготившие меня отношения. Что бы произошло, если бы я могла сама о себе позаботиться и жить своей собственной жизнью? На моем пути было несколько мужчин, которые подчиняли меня себе и опустошали мою душу Чем сильнее мне хотелось выразить свои чувства, тем больше я боялась осуждения и непонимания. А в результате становилась еще более тревожной, что по сути было лишь отговоркой, возможностью не принимать на себя ответственность. Оценивая свою жизнь с сегодняшних позиций, я понимаю, что, хотя тревога и была для меня прекрасным убежищем, единственным пострадавшим в этой ситуации была я сама. Преодолеть тревогу — означало для меня обрести свободу. А свобода — это риск, новые возможности, необходимость испытать себя, ощущение полноты жизни, наконец. Именно такие мысли заставляли меня работать и идти дальше. Как только я почувствовала вкус свободы, мне захотелось большего. Когда вы начинаете доверять себе настолько, что позволяете себе открывать новое, рисковать, погружаться в неведомое, вы делаете то, о чем прежде только мечтали. Когда вы боретесь с тревогой или любым иным эмоциональным расстройством, есть один секрет, который позволяет выздороветь и вернуть контроль над своей жизнью.

§

Однажды вечером, когда я переживала свои обычные кошмары, Дэвид, чтобы отвлечь меня от тревожных мыслей, предложил пойти куда-нибудь пообедать. Я настояла на том, что ресторан выберу сама и сесть мы должны у самого выхода. В ресторане я ничего не ела, опасаясь за свой желудок. Дэвид же, пока я переживала, сидел и наслаждался бифштексом. Что же со мной? Стану ли я когда-нибудь нормальной? Ночью я лежала у себя в комнате на диване и горько рыдала. Есть ли кто-нибудь на свете, кто испытал то же, что и я, и при этом не сошел с ума или не умер? Можно ли мне вообще чем-нибудь помочь? Неужели мне всю жизнь придется провести наедине со своими страхами? А если так, стоит ли вообще жить? Я боялась жить и боялась умереть. Казалось, что выхода нет.

Наконец, я сделала нечто такое, к чему уже давно не прибегала. Я начала молиться: «Пожалуйста, пожалуйста, помоги мне, – молила я Господа. – Господи, пожалуйста, укадажи мне кого-нибудь, кто пережил подобное. Ответь мне. Помоги мне. Я обещаю служить Тебе всю оставшуюся жизнь». Я не понимала, что говорю, – во мне кричали боль и отчаяние. Я и понятия не имела о том, какое безмерное обязательство только что приняла на себя.

Утром, собираясь на работу, я включила телевизор. В «Ту-дей Шоу» одна из гостей программы рассказывала о чем-то под названием агорафобия. Я слушала ее невнимательно, потому что считала, что агорафобики – это такие люди, которые не могут даже выйти из дома. А я-то могла. Совершенно очевидно, что ко мне это не имело никакого отношения. Я едва прислушивалась к передаче, воспринимая ее скорее как фон, пока вдруг в моем сознании явственно не зазвучало точное описание моих панических приступов, которые я называла «штучки». Я присела на край кровати и как зачарованная уставилась в телевизор. Выступающая описывала расстройства, связанные с повышенной тревожностью, и вызванные ею приступы панического страха. Мною овладел благоговейный трепет. Женщина говорила обо мне, ведь панические приступы, о которых она рассказывала, — это мои «штучки». «Вам можно помочь», сказала она в заключение. Вот ответ на мои молитвы!

Проснись

В то время мне было довольно мало известно о расстройствах, порождаемых тревожностью. В первую очередь я занялась изучением этого вопроса. Я надеялась самостоятельно найти ответы на свои вопросы и помочь себе. Несколько месяцев я провела в библиотеке за чтением научных трудов. Дни и вечера, проведенные в читальном зале, стали началом процесса пробуждения, перевернувшим всю мою жизнь.

Теперь я знаю, что все эти годы страдала не зря. Мне удалось победить свою тревогу, панические приступы и многочисленные фобии. Я верю в то, что жизнь посылает нам различные испытания для того, чтобы благодаря им чему-то научиться и чтобы, используя потом свои знания, сделать мир лучше, помочь тем, кто находится в подобной ситуации.

Сейчас я живу полнокровной, захватывающей, счастливой и спокойной жизнью. Но разве моя жизнь совершенна? Конечно, нет. Испытываю ли я когда-нибудь беспокойство и тревогу? Да, но это уже другое. Раньше я была встревоженной постоянно, я волновалась по самым ничтожным поводам. Теперь нет ничего подобного. Когда у моей сестры обнаружили рак, я испытывала тревогу и беспокоилась, что теряю ее, но тут действительно было о чем тревожиться. Но сейчас, начиная волноваться по каким-то существенным поводам, я могу контролировать свои реакции. И вы тоже можете научиться контролировать мысли, которые определяют ваше поведение. Это убережет вас от того, чтобы самому многократно усиливать свою тревогу.

Шаг вперед, два шага назад

Жизнь — штука редкая и драгоценная, не стоит растрачивать ее на беспочвенные тревоги. Я хочу рассказать вам об одной очень полезной методике психологического тренинга, которая поможет развить гибкость вашего «Я», способность быстро восстанавливать физические и душевные силы. Суть этого метода — в умении вовремя отступить, сделать шаг назад тогда, когда ситуация для вас неблагоприятна, в умении подняться и начать все заново, если вы потерпели неудачу. Очень важно понять, что:

*Выздоровление — это обычно шаг вперед, два шага назад. Неудачи — неизбежная часть пути к успеху .

§

Когда мне исполнилось двадцать, меня начал тревожить вопрос, не схожу ли я с ума? Призрак безумия стал для меня в ту пору самой главной угрозой. Я помню, что за многие мили объезжала психиатрическую больницу штата, потому что боялась, что именно там я в конце концов окажусь. Самое интересное, что большинство людей не замечало никаких странностей в моем поведении. Даже мои близкие не знали о моих тайных страхах. Как это типично!

* Когда мы полны тревоги, то кажется, что весь мир топько и депает, что спедит за нами. На самом же депе никто ничего не замечает. Каждый думает о своих проблемах, так же как и мы.

Чувство потери самоконтроля

Я много работала и внешне казалась себе вполне преуспевающей женщиной – уверенной в себе, независимой, самостоятельной. Однако в душе был полнейший хаос. С утра до вечера я была озабочена своим физическим самочувствием. Смогу ли справиться сегодня со своим организмом? Не потеряю ли я контроль над собой во время заседания и мне придется уйти? Не заметят ли окружающие моего состояния? Мои домашние догадывались о этих проблемах, но совершенно не представляли себе их истинного характера и, главное, не знали как мне помочь. Они просто не могли представить себе ничего подобного: ведь в их жизни не было ни страхов, ни навязчивых мыслей.

Примерно в это время я встретила своего будущего мужа. Дэвид был веселым, раскованным, интересным человеком, но более всего меня привлекали в нем абсолютные естественность и свобода. Он ничего не боялся, не перестраховывался. Я же отношусь к женщинам, которые целыми неделями или даже месяцами переживают сказанное о них кем-то. Излюбленная фраза Дэвида звучала^тцк: «Если вы хотите перемывать мои косточки, извольте становиться в очередь!» Мнение посторонних совершенно не беспокоило его.

Иногда эта беззаботность становилась для меня источником разочарований. Его ничто не трогало, в то время как меня тревожила буквально каждая мелочь. Меня прямо-таки бесило в нем то, что я называла бесчувственностью. Но в то же время переполняла зависть. Неужели я не могу быть такой же, как он? Мы были настолько разными людьми, что ему не дано было понять моей тревоги, а я ничем не могла помочь ему в этом. Как можно объяснить, что ты чувствуешь во время приступа панического страха, если сам не понимаешь, что это такое?

Помню, как однажды Дэвид вместе с двумя друзьями подъехал к моему дому на маленьком «Фольксвагене»-жуке. Визит этот оказался для меня совершенно неожиданным. Компания направлялась на фестиваль в Анн Арбор, штат Мичиган, расположенный в двух часах езды от моего дома. Дэвид хотел, чтобы я отправилась с ними. Но едва я только взглянула на крохотное заднее сиденье «жука», как мною овладели тревога и подавленность. Сама не знаю почему, но я не могла заставить себя залезть в машину и, тем более, провести в дороге более двух часов. Я никуда не поехала. На душе кошки скребли. Что происходит со мной? Ведь я всегда была такой независимой, привыкла бывать повсюду и заниматься множеством разнообразных дел. Я чувствовала, что границы моего привычного мира стали постепенно сужаться.

Несмотря на мою постоянную тревогу, Дэвид сумел сделать романтическими наши отношения. Он сам был натурой возвышенной и склонной к авантюризму, и в его. представлении суть приключения заключалась в путешествии. Однажды он заказал для нас тур в Мексику. Я пришла в ужас от перспективы полета на самолете, пребывания в чужой стране и вообще от того, что проведу отпуск так далеко от дома. Я впала в панику еще до того, как мы обсудили все мои «что если». А что если я сойду там с ума и никто не сможет понять меня? Что если я потеряю контроль над собой в самолете? Что если меня положат в госпиталь и я не смогу оттуда выйти? Надо ли говорить, что эта поездка была мне далеко не в радость. Постоянным беспокойством я отравила себе все впечатления от поездки. Каждое посещение местных достопримечательностей становилось для меня сущим наказанием. Я не хотела ехать на автобусе, потому что боялась приступов диареи. Лететь на вертолете мне казалось опасным потому, что в случае надобности я не смогла бы выбраться оттуда. Я боялась сидеть на балконе в нашем номере, потому что комната была на двадцать втором этаже. А что если я упаду? Или еще хуже, сама выпрыгну из окна? Какой ужас! Впоследствии я нередко задумывалась, как же смотрел на все это Дэвид? Должно быть, он старался не обращать внимания на мои истерики; веря в мои истинную природу и возможности, он все-таки сумел разглядеть их. Дэвид не находил объективных причин для моих страхов. Когда мы вернулись из Мексики, я попробовала лечиться, но это было не для меня. Мне нужен был кто-то, кто просто рассказал бы, что же меня мучает. Я хотела жить по-другому, но все складывалось не так, как надо. Стала беспокоиться о своем здоровье: может, я умираю от какой-то ужасной болезни? Начала волноваться: может быть, я схожу с ума? Я была озабочена нарушением чувства пространственной ориентации, задумывалась о том, как я вообще буду жить.

Ответ на мои молитвы

§

Если бы только такое было возможно! На каких высотах вы могли бы сейчас быть, если бы не оковы тревоги и страха? Сколько всего могли бы сделать, если бы не испытывали боязни поражений или, напротив, успеха, не стыдились слишком сильных чувств? Что если бы вы не побоялись принять вызов судьбы, а воспользовались счастливым случаем? Вся жизнь сложилась бы иначе! Вы бы жили в Эдеме, творили только добро, окружающие любили бы вас всей душой. Вы испытали бы истинное наслаждение жизнью. Еще не поздно!

Вы стоите на пороге перемен.

Призыв к свободе

Прочитав мою книгу, вы подойдете к той грани, перешагнув которую вы избавитесь от болезненной тревоги. Вы раз и навсегда обретете свободу и ответственность за свою жизнь. Конечно, звучит это не только заманчиво, но и пугающе. Однако вы обязаны доверять себе и осознавать, что у вас есть все необходимое для того, чтобы встать на дорогу, ведущую к освобождению, для того, чтобы изменить свою жизнь. Для этого необходима только хорошая основа — знание.

Естественно, что вы захотите получить советы о том, как изменить всю вашу жизнь, у того, кто однажды уже победил в себе приступы изнуряющего страха. Доводы практика будут убедительнее и мотивированнее аргументов теоретиков, отягощенных почетными научными регалиями. Ученые работают с мышами, а я сама прошла через лабиринт всевозможных страхов и смогла найти выход в настоящую жизнь.

Много лет я искала (и находила) оправдания тому, что жизнь идет совсем не так, как мне бы того хотелось. Мое состояние тревожности было далеко не самым приятным ощущением, но оно же стало для меня надежным щитом. Постоянные страхи и их физические симптомы — застенчивость, сильное сердцебиение, головокружение — давали мне «право» не делать того, что действительно пугало меня. Однажды я так и не воспользовалась выпавшей мне возможностью прекратить неприятные для меня отношения с мужчиной — я боялась одиночества. В течение многих лет я чувствовала себя не такой, как другие. Меня всегда ужасала мысль о потере контроля над собой, беспокоило то, что я — обуза для близких.

Я всегда считала себя независимой. Энергичная в детстве, изобретательная и жизнерадостная в юности, я любила веселиться и совершать экстравагантные поступки. Хотя, как я помню, уже в семь лет у меня были навязчивые мысли, а к девяти годам появились желудочные расстройства — один только вид пищи вызывал болезненные ощущения. Мне казалось, что я умираю от какой-то ужасной неизвестной болезни. Несмотря на существенную потерю веса, я выглядела вполне жизнерадостной, но на самом деле чувствовала себя глубоко несчастной.

Со временем проблемы, связанные с приемом пищи, исчезли, но моя повышенная тревожность теперь выражалась по-другому, через невыносимый кишечный синдром. Подобные расстройства — обычное дело для людей с высоким уровнем тревожности. К четырнадцати годам все в моей жизни так или иначе вращалось вокруг страха диареи (или, попросту, поноса). Это означало, что я продолжала искать и находить оправдания своим треволнениям. Круг моих интересов стал чрезвычайно ограничен. Разве можно было назвать этот период жизни юностью?

То, что случилось со мной, происходит и со многими другими людьми — один страх порождает другой. К шестнадцати годам, когда в центре моего внимания были учеба в школе и отношения с мальчиками, постоянное состояние беспокойства не покидало меня. Помню, что, когда я смотрела новости по телевизору или слушала истории о том, как кто-то выпрыгнул из окна или кого-то убили, искалечили, я всегда думала: «А что если бы это было со мной?» Конечно же, я никому не рассказывала об этом. Мне совершенно не хотелось, чтобы меня считали девушкой со странностями, хотя в душе я считала, что эти фантазии ненормальны. К восемнадцати годам приступы панического страха стали для меня обычным делом. Обычные для окружающих вещи были невероятно сложны для меня. Я стала искать различные оправдания своей тревожности.

Одним из наиболее тяжких испытаний стало для меня ощущение напряженности в отношениях с мужчинами. Иногда я понимала, что должна уйти, но в одиночестве чувствовала себя настолько неуверенно, что не решалась разорвать опостылевшие отношения. В конечном итоге получилось так, что мне и не пришлось этого делать; мой друг сам ушел от меня. Под впечатлением разрыва я переезжала из города в город, несколько раз меняла работу, и хотя страх, тревога и неуверенность в собственных силах переполняли меня, приходилось как-то жить и работать. До поры до времени мне удавалось оставаться в физически и эмоционально комфортной для меня зоне.

§

После целого года работы, исследований и записей программа на аудиокассетах была завершена и готова к распространению.

Когда вы выполняете возложенную на вас миссию и всецело преданы ей, провидение, я уверена, ведет вас своими неизъяснимыми путями. Случается многое, чего вы не ожидали и о чем даже не мечтали. Кассета с моей программой «Атака на тревогу» разошлась очень быстро. Сейчас она используется во многих клиниках, госпиталях и школах по всей стране. Тысячам людей стало лучше, а многие смогли полностью отказаться от приема лекарств. Терапевты из разных стран света применяют мои разработки в качестве основы для своих программ лечения расстройств, вызванных тревожностью.

В настоящее время я являюсь членом таких профессиональных организаций, как «Американская ассоциация по проблемам тревожных расстройств» и «Национальная ассоциация ораторов». Мои методики стали широко известны, и меня не раз приглашали на различные конференции. По предложению одного бизнесмена из Толедо, который прошел мой курс, я разработала для одной из промышленных компаний программу управления стрессовыми состояниями, основывающуюся на приемах из «Атаки на тревогу*. Эта программа положила начало моему сотрудничеству с такими известными компаниями, как АТТ, Мак-Дональде, Крайслер, Форд моторе, Мерк фармацевтикалз, Медицинский колледж штата Огайо и Медицинский центр Сент-Винсент. С гордостью могу сказать, что специалисты вышеперечисленных корпораций считают данную программу одной из лучших.

Можно ли в самом деле трансформировать панический страх в свою силу? Однозначно ДА! Я именно так и сделала. Мне удалось не только подчинить собственный страх, но и получить огромное удовлетворение от процесса работы. Я много раз выступала с рассказами о тревоге в национальных ток-шоу Опры Уинфри, Реджиса и Кэти Ли, Маури Пович и многих других. Одним из наиболее запоминающихся событий было мое выступление в номере «Великие Возвращения» журнала «Успех» (Success magazine)

Если вы слишком часто испытываете тревогу, страх, подавленность или стресс, знайте, что со мной было то же самое. Теперь же я совершенно свободна. Сказав «нет» своему беспокойству, всем тем проблемам и страхам, которые несла с собой моя тревожность, я смогла использовать свои энергию и время на позитивные действия и сделать многое, о чем раньше и мечтать не смела. Сегодня моя задача состоит в том, чтобы помочь вам сделать то же самое.

Моя книга рассказывает о том, как победить тревогу, страх и панику и обратить их в силу, успех и умиротворенность. Овладев описанными в книге приемами, вы обретете совершенно новые чувства: самоуважение, ощущение доверия, силу и подлинную уверенность в себе, которые навсегда останутся с вами. На пути преобразования страха в силу вы сможете заглянуть в себя, понять мотивы своего поведения и, руководствуясь ими, жить так, как всегда мечтали. Если смогла я, сможете и вы.

Люсинда Бассет Май 1995

ЧастьI

Осознание

Глава 1

Нет ничего невозможного

«Идите к краю», — он сказал.

Они ответили: «Боимся».

«Идите к краю», — повторил.

Пришли.

Он подтолкнул…

Они взлетели.

Гийом Аполлинер

Вы, мой читатель, личность неординарная, а то, что жизнь ваша полна тревог, и свидетельствует о богатом внутреннем потенциале. Почему? Да потому, что вы — творческая личность с невероятно богатым воображением. А кроме того, у вас аналитический склад ума и уровень интеллекта гораздо выше среднего… Эти замечательные качества могут стать хорошим трамплином на пути к впечатляющим успехам и воплощению поистине великих замыслов. Но вот повышенный уровень тревожности… Как быть с ним, ведь люди с таким складом характера склонны использовать свои достоинства самым неподходящим образом, иногда во вред себе? Они могут быть сверхинтеллектуальными и супераналитичными, но свое творческое воображение используют в основном для того, чтобы мысленно непрерывно прокручивать самые худшие сценарии из своей жизни. Если самые замечательные человеческие качества используются таким негативным образом, то они неизбежно приводят к болезни.

Предположим на минуту, что вам удалось развернуть поток энергии, порождаемый вашей тревогой, заставить его работать НА вас, а не ПРОТИВ вас. Представьте себе, насколько изменится ваша жизнь!

§

Я страдала от тревоги и фобий всю свою жизнь. В детстве у меня были навязчивые мысли и страшные сновидения. Алкоголизм отца привносил в мою жизнь хаос и чувство неуверенности. В подростковом возрасте я страдала от пищевых расстройств и болезненных ощущений в животе. Мне приходилось избегать ситуаций, в которых я не могла вести себя так, как мне нравилось, в которых нельзя было себя контролировать. К девятнадцати годам панические приступы стали навещать меня регулярно. Учеба в колледже стала сущим наказанием: мне трудно было находиться в классе. Я испытывала тревогу и панический страх, а потому придумывала всевозможные отговорки и оправдания моей недостаточной активности и неспособности путешествовать вместе с друзьями. Поездки на заднем сиденье машины и полеты на самолете создавали для меня непреодолимые трудности. Мой мир становился все уже и уже.

Когда мне было чуть больше двадцати, я работала старшим менеджером по рекламе на одной из ведущих радиостанций в Толедо, штат Огайо. Несмотря на мою тревожность, я неплохо справлялась со своими обязанностями. Но кто бы знал, чего мне это стоило! Никто не догадывался, отчего я не ездила к клиентам вместе с другими менеджерами по продажам или почему я не могла находиться в течение нескольких часов на заседаниях, когда двери в помещении плотно закрывались. Никому не было известно, что каждый мой день начинался с ожидания ужасных событий. Мне удавалось оставаться на своем месте только потому, что как бы плохо я себя ни чувствовала, работа давала мне известную свободу и позволяла вести себя так, как мне нравилось. У меня не было какой-либо физической зависимости или ограничений. Я знала, что, пока справляюсь со своими обязанностями, все будет в порядке.

Однако чем дальше, тем больше росло мое беспокойство. Я стала посещать докторов и психиатров, хотя никто из них не мог мне помочь. Наконец однажды утром, после длинной, изнурительной ночи, полной тревоги и панического страха, я нашла ответ на свои вопросы. В ток-шоу я увидела женщину, которая описывала симптомы моей тревоги. Она говорила о чем-то под названием агорафобия. Так вот как называется мое состояние! Я слушала и понимала — она говорит обо мне! Я не одна!

В библиотеке я перечитала все, что смогла найти о тревоге, агорафобии и панических приступах. Шесть последующих месяцев были посвящены самообразованию и поиску ответов на мои вопросы. Стало очевидным, что большую часть своей тревоги я порождала сама. В большинстве случаев появление у меня физических недугов было вызвано определенной реакцией моего сознания. Теперь, когда я стала мыслить и реагировать на события иначе, научилась брать под контроль свои страхи, мне стало значительно лучше. Я смогла делать то, чего раньше избегала: путешествовать на самолете, совершать дальние поездки на машине и проявлять большую активность.

Случилось так, что в это же время я услышала о докторе Филипе Фишере, имевшем репутацию прекрасного специалиста. Мы договорились о встрече и сразу же поняли друг друга. В ходе нашего разговора я упомянула, что страдаю от приступов тревоги и панического страха. Доктор Фишер заинтересовался моим откровенным рассказом и попросил меня помочь ему проводить групповые занятия для людей, испытывающих подобные проблемы. Я, конечно же, согласилась.

Именно так все и начиналось тринадцать лет тому назад. Вскоре распространилась молва, что у нас кое-что получается, что мы действительно помогаем людям. Тот, кто страдал в течение многих лет, у нас чувствовал себя значительно лучше. Многие наши пациенты прекратили принимать лекарства, подавляющие чувство тревоги. Люди приезжали из других штатов, проводя в машине более десяти часов, чтобы принять участие в наших групповых занятиях. Мне доводилось проводить ночи напролет, объясняя людям, что такое панический страх. Какое радостное ощущение — быть способным помочь кому-то! Помочь справиться с самим собой в тяжелый момент, пережить ночные страхи. Дать кому-то надежду.

Молва о том, что кто-то действительно умеет помогать людям, разлетается мгновенно. Скоро нам стали звонить со всех концов страны. Люди нуждались в помощи. Именно тогда я записала на аудиокассеты программу самопомощи «Атака на тревогу». Полагаясь на помощь и поддержку доктора Фила Фишера и моего мужа Дэвида, я села за компьютер и стала записывать свои идеи. Много времени пришлось проводить в библиотеке, хотя большая часть из того, чему я научилась, пришла ко мне из опыта моей многолетней практики, которую я вела вместе с доктором Фишером.

§

Люсинда Бассет

ТОЛЬКО БЕЗ ПАНИКИ

Введение

Делайте то, что умеете. Отвага таит в себе гений, В ней сила и волшебство.

Иоганн Вольфганг Гете

Каждый человек стремится быть уверенным в себе. Мы надеемся, что способны на многое, что сильны, могущественны и одарены творчески. Мы хотим самостоятельно распоряжаться собственной жизнью и воплотить в реальность свои мечты. Истина состоит в том, что мы именно таковы и можем осуществить свои мечты. Наше величие — наше прирожденное право.

Так же как величие является неотъемлемой частью нашего «Я», человеку неизбежно присущи страх и беспокойство. Когда нам удается себя контролировать, мы способны сохранять баланс наших возможностей и тревоги, и жизнь идет более-менее гладко. Если же мы позволяем беспокойству и страху завладеть нами, то под сомнение ставится каждый наш шаг. Простое ожидание неприятных эмоций способно превратить потенциально приятную ситуацию в полный кошмар и мучение. В состоянии беспокойства мы теряем присущую нам физическую и эмоциональную энергию, бытие окрашивается в мрачные гона тревожности и дискомфорта и наша жизнь становится испытанием на выносливость, а не праздником.

Большую часть своей жизни я испытывала воздействие серьезного расстройства, вызванного постоянной тревогой. Может показаться странным, но теперь я воспринимаю свое беспокойство как некий дар. Да, именно как дар. После многих лет беспокойства и страхов, усугубленных набором изматывающих физических недугов, я была вынуждена что-то предпринять. Когда осознание того, что я полностью не принадлежу самой себе, стало очевидным настолько, что жизнь казалась просто невыносимой, мне пришлось искать ответ на поставленные вопросы.

В поисках помощи, надежды и лучшей жизни я отыскала нечто удивительное. Нечто такое, о чем даже и не догадывалась, не подозревала, насколько в нем нуждаюсь.

Я обрела уверенность и обнаружила, что сама являюсь ее источником. Не где-либо вовне, а, напротив, в самой себе я открыла мощный, неиссякаемый источник исцеления. Прекрасное чувство внутренней уверенности провело меня через многие нелегкие испытания и помогло осознать, что я сама себе и поддержка и опора. Какие бы невзгоды ни приготовила мне жизнь, я сумею позаботиться о себе сама. В результате борьбы с тревогой и агорафобией — которую я определяю как боязнь навязчивых мыслей и переживаний , выраженную в стремлении к одиночеству, — мне захотелось поделиться своими открытиями и помочь тем, кто страдает так же, как я когда-то.

В 1983 году вместе с Филом Фишером, моим дорогим другом и талантливым доктором, я основала фирму под названием «Мидвест-Центр по проблемам стресса и тревоги». В последующие двенадцать лет нам необычайно повезло: мы встретились с такими преданными делу людьми, как Каролин Дикман, наш директор по образованию, и Барб Банки, управляющий центром. Вместе мы помогли десяткам тысяч людей обрести уверенность. У некоторых из них приступы тревоги и панического страха зашли настолько далеко, что у них возникали затруднения с дыханием, нарушалось чувство равновесия, появлялись желудочные схватки, рассудок оказывался в полном замешательстве. Некоторые из наших клиентов большую часть своей жизни провели, избегая контактов с людьми и вещами. Других нередко посещали навязчивые мысли и идеи. Остальные же были совершенно измотаны своим неконтролируемым поведением.

К тому времени, когда мы с ними встретилась, многие из обратившихся к нам людей потратили целые состояния в поисках помощи, но так ничего и не нашли. Одни принимали лекарства, которые или не помогали вовсе, или оказывали положительное воздействие в течение очень короткого промежутка времени; другие просто не переносили медикаментозного лечения или просто боялись его. У многих из них не было симптомов глубокой тревожности, но люди ощущали себя излишне нервными, напряженными или просто «не в своей тарелке». Они чрезмерно переживали и беспокоились. Тревога, целиком подчинившая себе их жизнь, не позволяла людям быть по-настоящему счастливыми.

Вы можете спросить, действительно ли вам необходима моя книга? Поможет ли она вам работать над собой? Ответ прост: тревога не знает исключений, от нее может пострадать каждый . Она лишает нас счастья, наполняя наше сознание ожиданием страха и беспокойства. Тревожность заставляет нас ощущать неуверенность, ставит под вопрос наши способности, делает нас физически беспомощными. И если тревога хоть в какой-то степени вмешивается в вашу жизнь, моя книга может вам помочь.

Независимо от того, страдаем ли мы от тяжелых приступов тревоги или же у нас всего лишь проявляются ощущения напряженности и дискомфорта, нам хочется чувствовать себя лучше. Все мы стремимся разорвать порочный круг тревоги, страха и беспокойства. Мы хотим чувствовать себя раскованными, уверенными в себе, умеющими владеть собой. Мы желаем наслаждаться каждым своим днем, радоваться жизни, рисковать. Возможно ли это? Да, конечно.

Оцените статью
Собака и Я
Добавить комментарий